Это интересно

МИХАИЛ ФОНОТОВ
Писатель, краевед

"Каждый раз, когда поднимаюсь на Нурали, на меня находит наваждение какой-то инородности или даже инопланетности. Сам хребет выглядит стадом огромных ископаемых животных, которые в глубоком сне лежат, прижавшись друг к другу. Он словно скован беспробудной задумчивостью, он каменно молчит, но кажется, что где-то внутри его тлеет очень медленное и едва угадываемое желание пробудиться".

АНДРЕЙ ЯНШИН

Можно ли всю жизнь прожить у реки и так и не побывать у ее истока? Конечно. Но побывать – лучше. Но зачем?

Вход в аккаунт

«В театре должны работать люди, которые любят его особой любовью»

«В театре должны работать люди, которые любят его особой любовью»
ЮРИЙ КЛЕВЦОВ
Народный артист РФ, балетмейстер
Текст: Светлана Симакова

 

Челябинский театр оперы и балета продолжает радовать новыми лицами. Весной его директором стал опытный и талантливый управленец Владимир Досаев. А осенью труппе в качестве главного балетмейстера представлен народный артист России, бывший солист Большого театра Юрий Клевцов.

Почему коренной москвич, известный далеко за пределами России артист согласился встать во главе челябинской балетной труппы? Какие проблемы, по его мнению, мешают творческому росту танцовщиков? Можно ли традиции Большого театра перенести в театр региональный? Об этом и многом другом мы говорили с Юрием Викторовичем.

 

«Не люблю ходить по кругу»

– Вы никогда ранее не танцевали в Челябинске, не были здесь на гастролях?

– Нет, но в 80-е и 90-е годы слышал о балетной труппе вашего театра много хорошего.

– Как было получено приглашение занять пост главного балетмейстера и быстро ли приняли решение?

– О том, что театр находится в поиске главного балетмейстера, я узнал от своего одноклассника и коллеги по Большому театру Сергея Филина, который сейчас является художественным руководителем балета Большого театра. Он же предложил руководству Челябинского театра мою кандидатуру, к этому времени я уже оставил театр в Ростове и был свободен. Мы созвонились с директором театра Владимиром Досаевым. Мне было дано время подумать, потому что работа достаточно серьезная и нелегкая. Думал я недели две.

– Захотелось взглянуть на театр?

– По приглашению директора театра Владимира Досаева я прилетал в Челябинск. Понравились его планы на перспективу и сам театр произвел хорошее впечатление, поэтому предложение я принял. Знаю, что будет сложно. Но одновременно надеюсь, что будет интересно работать, что появится движение вперед. Хотя и говорят иногда, что лучше ходить по кругу, чем стоять на месте, но я по кругу ходить не люблю, мне всегда хочется развития, движения вперед.

– Сегодня балетная труппа в нашем театре не так велика, вы намерены ее увеличить?

– Хотелось бы. Потому что ограниченное число артистов на сцене в любом спектакле рождает атмосферу пустоты. В балетной труппе такого театра должно быть минимум 70 артистов. И этот вопрос стоит с момента нашей первой встречи с директором театра, мы начали работу в этом направлении.

– Вы уже знаете, что собой представляет региональный театр, поскольку работали в Ростове. Какой видите балетную афишу нашего театра?

– Сегодня в репертуаре челябинского балета не достает современности. Да, в театре должно ощущаться присутствие академического духа, классического наследия, но наряду с этим не надо забывать о спектаклях современных. Современная хореография полезна и для самих артистов, и для зрителей. Как правило, именно современная хореография привлекает в театр молодежь. Да и классическое наследие нужно обновлять, оно не должно распространять запаха нафталина. «Щелкунчик», «Спящую красавицу» сегодня можно сделать по-настоящему фееричными сказками с использованием всех современных технологий. Это тоже найдет отклик у зрителей, которые уже знают, что такое кино в формате 3D.

– Из того репертуара, что вы танцевали в свое время, из тех спектаклей, что вами поставлены на других сценах, что бы вы хотели поставить в Челябинске в ближайшие годы?

– Мечтаю привлечь в Челябинский театр лучших хореографов России и мира, чтобы они поставили здесь свои эксклюзивные спектакли, чтобы мы обрели свое, ни на кого не похожее, лицо. Что касается лично меня, я пока не хотел бы зацикливаться на амбициях балетмейстера. Мне в первое время хотелось бы сосредоточиться на труппе.

– В каком смысле?

– Хотелось бы улучшить условия для работы артистов. У них должны быть удобные гримерные, качественный пол в зале и на сцене, чтобы зимой в репетиционном зале было тепло, а летом – не жарко. Я не могу требовать от людей высокого качества, если не создам для них качественных условий. Мы также говорили об этом с Владимиром Досаевым. Я понимаю, что это требует финансовых вложений и времени. Но это нужно делать – постепенно, шаг за шагом.

 

Мыть пол... с любовью

– Вы долгие годы танцевали на сцене Большого театра и на других известных сценах мира. Какими должны быть условия для работы артиста балета в вашем понимании? Что здесь выходит на первый план – занятость в репертуаре, новые партии, взаимоотношения с руководителями, зарплата или комфорт в репетиционном зале?

– Важно все в совокупности. Ведь и результат работы артиста зависит от слияния многих качеств – актерского таланта, владения своим телом, характера, работоспособности и так далее. И, безусловно, уровень жизни актера – тоже очень важный момент. Пока я могу ребят только психологически настраивать на работу, отдавать им свои знания и опыт, больше ничего. Но если будут решаться проблемы комфорта артистов на рабочем месте, повышаться уровень их зарплаты, то я смогу спрашивать с труппы по полному счету.

Но есть, казалось бы, совсем незначительные проблемы, которые можно решить уже сегодня. Они не требуют финансовых затрат. Большее время артисты балета находятся на работе, в репетиционном зале. И пока я не видел, чтобы зал убирался так часто, как этого требует дело. В Большом театре линолеум всегда был чистым. Не должны артисты с утра до вечера дышать пылью и работать на грязном полу. Иногда ведь им по этому полу надо и проползти, и лечь на него.

– С такой проблемой вы столкнулись только в Челябинске?

– Я много поездил и по миру, и по России. Видел, конечно, многое. Дело в том, что в театре должны работать люди, которые любят это место особой любовью, любят актеров, спектакли. Не важно, какую работу ты в театре делаешь, – пол моешь, билеты продаешь или на сцену выходишь. Здесь все надо делать с любовью.

– Как с любовью дела обстояли в Ростове?

– Три года мы с Александром Фадеечевым добивались, чтобы в балетном зале поменяли рамы и стекла, установили плинтуса, потому что дуло изо всех углов. Там театр – не такое монументальное строение, как здесь, и очень холодное, сквозняки такие, что при минус семи градусах на улице возникает ощущение, что там все минус двадцать. Но своего мы все-таки добились.

– В Большом театре все было иначе?

– Там все службы работали, как единый отлаженный механизм. Причем, не могу сказать, что работники этих служб получали какие-то особенные деньги. Нет, деньги абсолютно такие же, как везде. Это же государственные ставки, что здесь можно сделать? Но в начале каждого дня в репетиционный зал Большого приходила женщина с влажной тряпкой и мыла пол. За состоянием линолеума там тоже постоянно следили, меняли, к примеру, скотч на стыках, чтобы артист не споткнулся о неровности и не сломал себе ничего. Гримерки были удобные, у каждого артиста – свой стол, зеркало... И это была приличная мебель.

– И никогда никакого дискомфорта?

– За 21 год, что я там проработал, ни разу. Хотя, я пришел еще в старый театр, реставрация началась позднее. Большую часть своей карьеры я танцевал в старом театре. В этом здании, действительно, все было устроено настолько логично и удобно, за всем так тщательно следили, все содержалось в такой чистоте, что вопросов никаких не возникало. В гримерках на полу лежали ковры, чтобы артисты не застудили ноги, около сцены было специальное место с большим зеркалом, где можно было разогреться перед выходом на сцену, пол там тоже был специальный.

– Отличался ли в этом плане аргентинский театр «Колонн», где вы также танцевали несколько лет?

– Если говорить об условиях – абсолютно все то же самое.

– Что вам хотелось бы изменить для удобства артистов в нашем театре в первую очередь?

– На сцене и в репетиционном зале сменить балетный пол, он очень жесткий сейчас, что плохо для ног артистов. И там, где артисты разогреваются перед выходом на сцену, также нужно настелить специальное покрытие, сейчас там плитка лежит, а этого быть не должно.

 

О политике в балете

– В Большой театр вас пригласил Юрий Григорович, в последние годы о нем было сказано много нелицеприятного, хотелось бы услышать ваше мнение о нем, впечатление от работы с ним, от его постановок?

– Я ему благодарен за то, что он пригласил меня в театр, и за то, что он дал мне возможность сразу проявить себя. Я станцевал практически все его спектакли. Это было очень хорошее время. Очень сожалею, что я не станцевал Ивана Грозного в балете «Иван Грозный».

– Вы не станете отрицать, что стиль руководства Юрия Григоровича был диктаторским? Какой стиль выбираете вы? Возможна ли вообще демократия в балете?

– Я не деспот по своей природе, но кнут в балете нужен. Труд настолько тяжел, что порой приходится подстегивать. Но я всегда рассчитываю на сознательность артистов. В Челябинске пока наблюдаю очень хорошее отношение к самостоятельному труду, никто не ноет, все работают. Я за честные отношения. Но я против профсоюза в театре.

– То есть?

– Вернее, против профсоюза, который постоянно настраивает артистов на противостояние, зовет на баррикады. К хорошим результатам, как правило, это не приводит. Если существует в театре профсоюз, то он должен помогать творческой работе, а не мешать.

– В свое время Челябинским балетом руководил Александр Мунтагиров – демократ по своим воззрениям, тем не менее, труппа была в очень хорошей форме, очень работоспособной.

– Именно эти времена я и имел в виду, когда говорил о том, что слышал о Челябинском балете много хорошего. Считаю, нужно больше разговаривать с людьми, а не молча принимать решения. Поэтому я ребят сразу предупредил: если что-то не устраивает, приходите ко мне и говорите – подумаем вместе, решим.

 

Театру нужно лицо

– Что вы успели в Ростове поставить?

– «Половецкие пляски» в опере «Князь Игорь», балетные фрагменты к «Кармина Бурана». С Алексеем Фадеечевым мы сделали балеты «Гамлет» и «Драма на охоте» по Чехову, а также «Спящую красавицу».

– У нас есть чеховская «Анюта», которую зритель очень любит. Вероятно, «Драма на охоте» челябинцам тоже пришлась бы по вкусу.

– Думал об этом. Если мы увеличим труппу, то постановка «Драмы на охоте» станет реальной. Там много массовых сцен, поэтому нужен хороший кордебалет. Но на общем собрании уже объявлены те спектакли, над которыми театр будет работать в ближайшие три года, – это новые постановки и возобновления. В этом сезоне будет восстановлен балет «Слуга двух господ», ближе к концу сезона планируется премьера балета «Эсмеральда». Есть в планах гастроли балетной труппы в Китае и Европе, а в следующем году – в Англии и Германии. В будущем сезоне намечается постановка совершенно нового «Щелкунчика». Также я хотел бы пригласить для постановки балета на челябинской сцене Алексея Ратманского. Я уже написал письмо, что нужно поставить здесь балет не из репертуара Большого театра, а специально на Челябинскую труппу. Возможно, с Алексеем Фадеечевым мы здесь поставим авторский балет, но также не из афиши Ростовского музыкального театра, а что-то совершенно другое. Считаю, у каждого театрального коллектива должно быть свое лицо. Достаточно того, что все российские театры объединяет академическая основа.

– Сегодня часто восстанавливаются постановки Мариуса Петипа. Есть ли у вас желание восстановить что-то из балетов Григоровича, Голейзовского, других балетмейстеров советского периода?

– Я через себя пропустил хореографию многих балетмейстеров этого периода. В том числе и хореографию этих замечательных мастеров. Это основа развития русского балетного искусства. С огромным удовольствием окунусь в эту работу, когда труппа будет готова к этим постановкам.

– Как вы относитесь к идее областного министерства культуры открыть в Челябинске нечто похожее на балетную школу?

– Положительно, потому что это позволит иметь свои кадры в будущем.

– Это сообщение вызвало много скепсиса в том плане, что мы будем плодить не вполне профессиональных артистов.

– Не вижу причин для скепсиса. В городе есть прекрасные педагоги, которые могут с детьми работать. У них хорошее образование – Пермское балетное училище, например. Главное, чтобы дети пошли в эту школу и для них были созданы все необходимые условия. Группы можно набирать уже в этом году.

– Вопрос – пойдут ли в школу мальчики, ведь зарплаты очень невысокие у артистов балета по нынешним временам, а труд нелегкий?

– Это правда. Вот почему я преклоняюсь сегодня перед артистами балета, которые влюблены в эту профессию независимо от ее финансовой составляющей. И поэтому мне хочется приложить все усилия, чтобы создать для них в театре хорошие условия и дать им возможность расти творчески.

– Ваша семья остается в Москве?

– У моей жены – балерины Большого театра – есть желание время от времени приезжать в Челябинск, помогать мне, работать с труппой. Правда, первый приезд сорвался, потому что дочь – ей три года – заболела. Пришлось поездку отложить. Кроме того, планирую приглашать в Челябинский театр педагогов и танцовщиков из ведущих театров страны. Это позволит поднять профессиональный уровень артистов балета.

 

Справка

Юрий Викторович Клевцов родился в Москве в 1970 году. Окончил Московское хореографическое училище в 1988 году, Московскую академию хореографии по специальности «хореография с правом преподавания» в 1992 году и Российскую академию театральных искусств в 2008 году по специальности «балетмейстер-постановщик».

В 1988 году получил Первую премию и золотую медаль на Всесоюзном конкурсе артистов балета в Москве, стал обладателем Второй премии и серебряной медали на

Международном конкурсе артистов балета в Варне. И в этом же году был приглашен Юрием Григоровичем в труппу Большого театра в качестве солиста, где работал до 2009 года и был занят в большинстве ведущих партий.

С Большим театром побывал на гастролях во многих странах мира. В 1995 году был приглашен в балетную труппу аргентинского театра «Колонн», где танцевал ведущие партии в классическом и современном репертуаре, участвовал в премьере балета «Тщетная предосторожность» (хореография Ф. Аштона), в балете «Ромео и Джульетта» (хореография К. Макмилан).

Неоднократно участвовал в международном проекте «Звезды ХХI века», организованном канадскими импресарио Надей Веселовой-Тенсер и Соломоном Тенсером. Гала-концерты, представляющие звезд балета со всего мира, проходили в Торонто, Париже, Канне, Нью-Йорке, Токио.

Как балетмейстер поставил спектакли: «Мертвые души» (театр им. Маяковского), «Игра в карты» (совместно с Алексеем Ратманским), «Мезарикордес» (совместно с К.Вилдан), «Гамлет» и «Драма на охоте» (совместно с Александром Фадеечевым), а также «Половецкие пляски» в «Князе Игоре» и балетные сцены в опере «Кармина Бурана».

До прихода в Челябинский государственный академический театр оперы и балета им. М.И.Глинки работал в Ростовском государственном музыкальном театре в качестве балетмейстера-постановщика.

В 1995 году Юрию Клевцову присвоено звание «Заслуженный артист Российской Федерации», в 2001-ом он награжден орденом Дружбы народов, в 2008-ом – звание «Народный артист Российской Федерации».

Женат. В семье растет дочь.

 

Источник: cheldiplom.ru

 

Вокруг

В мастерской у чебаркульского художника Василия Дьякова

"Жизнь прошла. Что я запомнил? Лодки, воды озера, каменистый бережок, кусты около воды – вот моя память. Я был погружен в это. Мои больные ноги, сколько было сил, помогали крутиться земному шару. Но, в основном, я всматривался в то, что окружало меня".

В мастерской у челябинского художника Павла Ходаева

"Когда я стою у мольберта, мне весь мир может противоречить, - я никого не услышу. Потому что здесь я решаю свои проблемы, преодолеваю свою косность, свои невозможности. Всякая работа на холсте – преодоление. Это работа и мозга, и души. Пока она есть, можно жить".

Три портрета Николая Русакова

«Такого художника, посланца фантастически легендарных первых трех десятилетий ХХ века, дерзновеннейших в искусстве, мы еще не знали в Челябинске...»

В круге

Александр Борок, главный режиссер Челябинского театра кукол

"Как это ни удивительно, но дети не меняются. Сколько бы мы ни ворчали на компьютерные игры, новые мультики, 3D-форматы, дети, к счастью, какими были, такими и остались: как верили в чудо, что кукла живая, так и верят. И ничем это не разрушить!"

Павел Сумской, заведующий кафедрой режиссуры кино и ТВ ЧГАКИ, кандидат культурологии

"Образование отстает от многих современных запросов, оно должно стать более мобильным, интерактивным и одновременно более насыщенным. Мы просто обязаны, если хотим быть сильной страной, в более короткие сроки выпускать более подготовленных специалистов. Современные студенты к этому готовы".

Григорий Ройзман, предприниматель

"И бизнесу, и простому гражданину нужно дать жить в системе закона, стабильных правил, понятных налогов – тогда в стране появятся рабочие места и начнется рост зарплат. Если будет система, капитал должен вернуться в Россию".

Профессор Московской государственной консерватории Валерий Пясецкий

"Когда ученики Артоболевской касаются клавишей, инструмент звучит великолепно, независимо от того, сделан он известнейшей мировой фирмой или, к примеру, во Владимире. Это результат того, что в нас воспитано особое отношение к звуку как к живому существу".

Гл.режиссер челябинского Камерного театра - об искусстве и жизни

"Сейчас нас пытаются приравнять к производству. Нам внушают, что мы оказываем услуги. Но это баня должна делать, а мы вынуждаем душу трудиться – свою и зрителя. Жизнь – великая тайна. Понять, разгадать ее может помочь только искусство. Театр помогает человеку как-то справляться с испытаниями".

Протоиерей Дмитрий (Алферов) - о состоянии современного общества и выматывающем понимании того, что "Титаник" тонет, а все продолжают танцевать...

"Когда немцы победили французов во франко-прусской войне 19 века, Бисмарк сказал, что войну выиграл немецкий учитель. Дело в том, что в то время именно благодаря педагогам немцы учились осознавать себя гражданами нового единого государства".

Интервью с главным режиссером Челябинского областного театра кукол Александром Бороком

"Очень хочется сделать настоящий спектакль ужасов. Только настоящий! Это в кинотеатре ты абсолютно уверен в том, что это всего лишь кино… а в театре? Театр – это здесь и сейчас, и сегодня так, а завтра иначе. И никогда одинаково. Когда в театральной темноте жалобно скрипит дверь – это особенное чувство".

Интервью с директорами двух залов Челябинского концертного объединения

2012 год на Южном Урале пройдет под знаком юбилея Челябинской филармонии. Концертному объединению исполняется 75 лет. Директор Концертного зала им.Прокофьева Галина Братышева и директор органного зала Ирина Андреева рассказывают о самых значимых событиях юбилейного года, об уникальных концертах и фестивалях, о будущем челябинского органа и о многом другом.

Интервью с руководителем камерного оркестра "Классика" Адиком Абдурахмановым

"Останься я в Петербурге, возможно, не стал бы никогда дирижером, у меня бы не было своего оркестра. А в Челябинске по-другому жить было нельзя, я просто умер бы в творческом смысле. Мне пришлось самому что-то делать, чтобы продолжить профессиональный рост".

Интервью с профессором кафедры интерактивного искусства СПбГУКиТ Ниной Дворко

"В отличие от традиционного (линейного) экранного повествования с абсолютным контролем автора над всеми аспектами истории, в интерактивном повествовании пользователь (зритель) может активно (физически) влиять на развертывание этого повествования в соответствии с собственными мыслями и эмоциями".

Интервью с лит. критиком Александром Гавриловым

"Мое любимое занятие – обсуждать с поварами их творчество. И надо сказать, что повара на это отзывчивы так же, как писатели. Когда ты хвалишь писателя, он смотрит на тебя и думает: «Ну, наконец-то, хоть один, хоть один из этих идиотов понял, что я хотел написать!» И с поварами то же самое".

Интервью с директором Первой гимназии г.Челябинска

"Сегодня мы говорим о технологиях, комфорте и многом другом, а учитель и ученик уходят на второй план. Хотя и теперь я считаю, что сердцем школы должен оставаться учитель, стоящий с мелом у доски..."

Интервью с балетмейстером Юрием Бурлакой

"Для челябинского театра постановка «Эсмеральды» очень полезна, потому что это один из немногих спектаклей классического наследия, который как раз богат своим разнообразием. Здесь есть и характерные танцы, и классические, есть игровые партии... Все это помогает разносторонне раскрыть любую труппу". 

Интервью с Федором Кондрашовым

"Российские чиновники почему-то считают, что это ученым нужно развитие науки, а их задача – только рассматривать предложения этих ученых. Поэтому сегодня в рамках российской действительности невозможно создать то, что необходимо биологам для результативной работы".

Беседа с А.Г. Гостевым

"Когда я создавал эту школу, то первой задачей ставил, чтобы она стала комфортной для каждого ребенка и чтобы здесь работали любящие детей педагоги..."

 

Беседа с Игнатом Солженицыным

К музыке меня влекло с самого раннего детства. В нашем доме она звучала с пластинок. И мама говорила, что я еще на ногах не крепко стоял, но, когда звучала музыка, я подползал к проигрывателю и мог подолгу стоять возле него и слушать.

Интервью с Андреем Остальским

Мы встречались с Михаилом Ходорковским, он производил впечатление интеллигентного и мыслящего человека, каких среди олигархов можно встретить нечасто. Он хотел прозрачности бизнеса, а оказался в тюрьме.

В этом разделе вы можете познакомиться с нашими новыми книгами и заказать их доставку в любую точку России. Добро пожаловать!

Шесть книг Издательского дома "Мой Город" стали победителями VIII областного конкурса «Южноуральская книга-2015». Всего на конкурс было представлено более 650 изданий, выпущенных в 2013-2015 годах.

Теперь каждый желающий может познакомиться с книгами ИД "Мой Город" (Издательство Игоря Розина) и купить их в электронном виде. Для этого достаточно пройти по ссылке.

Издательский дом «Мой Город» выполнит заказы на изготовление книг, иллюстрированных альбомов, презентационных буклетов, разработает узнаваемый фирменный стиль и т.д.

Украшения ручной работы

Эта детская книжечка - вполне "семейная". Автор посвятил ее своим маленьким брату и сестричке. И в каком-то смысле она может служить эталоном "фамильной книги", предназначенной для внутреннего, семейного круга, но - в силу своей оригинальности - интересной и сторонним людям.

История, рассказанная в этой очень необычно оформленной книге, действительно может быть названа «ботанической», поскольку немало страниц в ней посвящено описанию редких для нас южных растений. Впрочем, есть достаточно резонов назвать ее также «детективной», или «мистической», или «невыдуманной».

Сборник рассказов московского писателя Сергея Триумфова включает страстные лирические миниатюры, пронзительные и яркие психологические истории и своеобразные фантазии-размышления на извечные темы человеческого бытия.

Книга прозы Александра Попова (директора челябинского физико-математического лицея №31) «Судный день» – это своего рода хроника борьбы и отчаяния, составленная человеком, прижатым к стенке бездушной системой. Это «хождения по мукам» души измученной, но не сломленной и не потерявшей главных своих достоинств: умения смеяться и радоваться, тонуть в тишине и касаться мира – глазами ребенка.

Со страниц этого сборника звучит голос одного сада. Одного из многих. Потому что он жив и существует – благодаря одному человеку, автору этой книжки. И в то же время через эти стихи словно бы говорят все сады, все цветы, все деревья и травы мира. Может быть потому, что подлинная поэзия – универсальна и не имеет границ.

Роберто Бартини - человек-загадка. Кем он был - гениальным ученым, на века опередившим свое время, мыслителем от науки, оккультным учителем? Этот материал - только краткое введение в судьбу "красного барона".

"Люди спрашивают меня, как оставаться активным. Это очень просто. Считайте в уме ваши достижения и мечты. Если ваших мечтаний больше, чем достижений – значит, вы все еще молоды. Если наоборот – вы стары..."

"Отец Александр [Мень] видел, что каждый миг жизни есть чудо, каждое несчастье – священно, каждая боль – путь в бессмертие. А тем более цветок или дерево – разве не чудо Божье? Он говорил: если вам плохо, пойдите к лесу или роще, возьмите в руку ветку и так постойте. Только не забывайте, что это не просто ветка, а рука помощи, вам протянутая, живая и надежная..."

"Всего Капица написал Сталину 49 писем! Сталин не отвечал, но когда Капица, не понимая такой невоспитанности, перестал ему писать, Маленков позвонил Капице и сказал: «Почему вы не пишете Сталину, он ждет новых писем». И переписка (односторонняя) возобновилась".

"Через цвет происходит таинственное воздействие на душу человека. Есть святые тайны - тайны прекрасного. Понять, что такое цвет картины, почувствовать цвет – все равно, что постигнуть тайну красоты".

"...Ненависть, если и объединяет народ, то на очень короткое время, но потом она народ разобщает еще больше. Неужели мы будем патриотами только из-за того, что мы кого-то ненавидим?"

"Внутреннее горение. Отказ от комфорта материального и духовного, мучительный поиск ответов на неразрешимые вопросы… Где все это в современном мире? Наше собственное «я» закрывает от нас высшее начало. Ведь мы должны быть свободными во всех своих проявлениях. Долой стеснительность!.."

"В 1944 году по Алма-Ате стали ходить слухи о каком-то полудиком старике — не то гноме, не то колдуне, — который живет на окраине города, в земле, питается корнями, собирает лесные пни и из этих пней делает удивительные фигуры. Дети, которые в это военное время безнадзорно шныряли по пустырям и городским пригородам, рассказывали, что эти деревянные фигуры по-настоящему плачут и по-настоящему смеются…"

"Для Beatles, как и для всех остальных в то время, жизнь была в основном черно-белой. Я могу сказать, что ходил в школу, напоминавшую Диккенса. Когда я вспоминаю то время, я вижу всё черно-белым. Помню, как зимой ходил в коротких штанах, а колючий ветер терзал мои замерзшие коленки. Сейчас я сижу в жарком Лос-Анджелесе, и кажется, что это было 6000 лет назад".

"В мире всегда были и есть, я бы сказал так, люди этического действия – и люди корыстного действия. Однажды, изучая материалы по истории Челябы, я задумался и провел это разделение. Любопытно, что в памяти потомков, сквозь время остаются первые. Просто потому, что их действия – не от них только, они в унисон с этикой как порядком. А этический порядок – он и социум хранит, соответственно, социумом помнится".

"Я не турист. Турист верит гидам и путеводителям… А путешественник - это другая категория. Во-первых, ты никуда не спешишь. Приходишь на новое место, можешь осмотреться, пожить какое-то время, поговорить с людьми. Для меня общение по душам – это самое ценное в путешествии".

"В целом мире нет ничего больше кончика осенней паутинки, а великая гора Тайшань мала. Никто не прожил больше умершего младенца, а Пэнцзу умер в юном возрасте. Небо и Земля живут вместе со мной, вся тьма вещей составляет со мной одно".

"Я про Маленького принца всю жизнь думал. Ну не мог я его не снять! Были моменты, когда мальчики уставали, я злился, убеждал, уговаривал, потом ехал один на площадку и снимал пейзажи. Возможно, это одержимость..."

"Невероятная активность Запада во всем происходящем не имеет ничего общего ни со стремлением защищать права человека на Украине, ни с благородным желанием помочь «бедным украинцам», ни с заботой о сохранении целостности Украины. Она имеет отношение к геополитическим стратегическим интересам. И действия России – на мой взгляд – вовсе не продиктованы стремлением «защитить русских, украинцев и крымских татар», а продиктованы все тем же самым: геополитическими и национальными интересами".