Это интересно

МИХАИЛ ФОНОТОВ
Писатель, краевед

"Каждый раз, когда поднимаюсь на Нурали, на меня находит наваждение какой-то инородности или даже инопланетности. Сам хребет выглядит стадом огромных ископаемых животных, которые в глубоком сне лежат, прижавшись друг к другу. Он словно скован беспробудной задумчивостью, он каменно молчит, но кажется, что где-то внутри его тлеет очень медленное и едва угадываемое желание пробудиться".

АНДРЕЙ ЯНШИН

Можно ли всю жизнь прожить у реки и так и не побывать у ее истока? Конечно. Но побывать – лучше. Но зачем?

Вход в аккаунт

Мастера боевых искусств в кино. Ричард Нортон

Мастера боевых искусств в кино. Ричард Нортон
ДМИТРИЙ ЛУКИН

 

                        Мальчик Евграф шел по жизни как законченный граф

                        Он прятал женщин в несгораемый шкаф

                        Но вел себя как джентельмен

                        И всегда платил штраф

 

Он носил фрак

Поил шампанским всех бездомных собак

Но если дело доходило до драк

Он возвышался над столом

Как чистый лом

 

                                   (Б.Гребенщиков)

 

Друг и соратник неподражаемой Синтии, один из немногих “европейцев”, снимавшихся в фильмах Джеки Чана и Само Хунга (правда, в большинстве случаев в роли злодея), незаслуженно обойденный голливудом при раздаче ролей в самых кассовых боевиках, джентльмен из джентльменов, обладающий великолепным чувством юмора и почему-то не использованными в полной мере кинематографом данными комического актера, спортсмен, активист, общественник, просто хороший человек...

Ри-и-и-и-и-чард Нортон!

Скажу сразу – я неравнодушен к этому человеку.  Он запомнился мне с первых же фильмов с его участием, которые я увидел: “Шанхайский экспресс”, “Честь и ярость”...

В нем было великолепное сочетание очень серьезной боевой техники, абсолютной невозмутимости, чувства юмора и обаяния. Очень жаль, что во многих фильмах Нортону пришлось играть шаблонных злодеев, с чем он, впрочем, справлялся безупречно. Мне кажется – его потенциал так и остался во многом невостребованным. Но, как говорится, еще не вечер.

Итак, Ричард Нортон родился в Австралии в пригороде Мельбурна под названием Кройдон (Croydon). Его интерес к боевым искусствам начался с комиксов, где на задней стороне обложек публиковались объявления клубов дзю-до. В то время это был единственный доступный вид боевых искусств в Австралии. В возрасте 10 лет Нортон начал интересоваться боевыми искусствами. Его привлекала не только возможность научиться драться. Он чувствовал в этом что-то мистическое, притягательное. И в 12 лет он воспользовался своим шансом осуществить мечты и открыл для себя дверь в мир боевых искусств. Вряд ли он тогда мог подозревать, что это начало долгого и блестящего пути.

Однажды в соседний дом вселились новые хозяева. У них был сын-подросток, который привлек к себе внимание Ричарда. Два раза в неделю сосед исчезал на весь вечер. Ричард спросил его об этом, и тот рассказал, что ходит тренироваться в школу дзю-до одного из ближних пригородов Мельбурна. Ричард тоже решил навестить клуб. И в итоге прозанимался в этом клубе два года и получил юношеский коричневый пояс.

Но как-то раз он узнал, что недалеко от его дома открылась школа каратэ. В то время Ричард мало что знал о каратэ. Все что он знал, он почерпнул из одной странной книги, которую изучил от корки до корки. Ричард решил посетить клуб, который находился в трех милях от его дома. Инструктором там был Тино Цеберано (TinoCeberano). Он преподавал стиль Годзю-Кай. Тино жил в Австралии всего год и преподавал в Годзю-Нонбу в пригороде Мельбурна Кантенбюри (Canterbury). В тот вечер Тино взял с собой несколько учеников с поясами начального уровня для демонстраций новичкам. Они продемонстрировали базовые ката1 и небольшой базовый спарринг (кумитэ2). Ричард сразу почувствовал, что это именно то, чем бы он хотел заниматься. В то времмя он был маленьким и худым подростком. В дзю-до он чувствовал себя персонажем из мультфильма, которого швыряет из угла в угол комнаты большой парень. В каратэ комплекция не имела такого большого значения, и это было одной из причин, побудившей юного Нортона записаться в клуб Годзю-Кай.

Нортон прозанимался у Цеберано несколько лет и в процессе занятий подружился с одним из его учеников, Бобом Джонсом. Эта дружба привела к серьезным изменениям в жизни обоих. Боб был инноватором и человеком идеи. Ему нравилось делать все иначе, чем это делается обычно. Его девизом были слова: “Лучшее  в развитии”. Им обоим было тесно в рамках  традиционной системы. И они решили собрать всё реально работающее из разных систем и создать свой стиль. Таким образом появился  Дзен До Кай (ZenDoKai).

Ричард и Боб создали сеть школ Дзен До Кай и тренировались шесть раз в неделю. Большинство их учеников работали вышибалами в различных заведениях и имели немалый опыт уличных драк. И эти ребята проверяли Ричарда и Боба на каждом занятии, заставляя их непрерывно совершенствоваться. Это сделало Нортона и Джонса жадными на знания. Они постоянно читали новые книги, просматривали видеокассеты, посещали турниры, другие школы боевых искусств. Они постоянно были заняты тем, чтобы поддерживать интерес учеников к своим тренировкам. Такая непрерывная гонка за знаниями помогала Нортону очень быстро расти. Он не мог себе позволить ждать, пока кто-нибудь научит его, и использовал все пути для своего развития и развития тренировочного процесса в своих клубах. Он старался любое доступное ему знание сделать своим собственным и при этом идти своим путем, избегая слепого подражания.    

Благодаря преподаванию в школах Дзен До Кай, бесконечным боям, работе телохранителем поп звезд, Нортон стал чем-то вроде  национального героя Австралии. Их с Бобом клубы пользовались репутацией самых “крутых” по качеству и трудности тренировок. В 1972 году в Австралию приехали на гастроли “Роллинг Стоунс”, и промоутер группы пригласил Ричарда и Боба поработать телохранителями на время этого тура. Как только тур начался, Нортон занялся преподаванием каратэ лидеру “Роллингов” Мику Джаггеру. На стадионе “Аделаида” Боб и Ричард приняли первое боевое крещение. Мик постепенно доводил толпу зрителей до иступления. Каждая следующая песня казалась все более эмоциональной и громкой. Вскоре трехтысячная толпа тех, кто не смог попасть на концерт и находился снаружи стадиона, разгоряченная музыкой, алкоголем и эмоциями, попыталась прорваться на стадион. Только ветхое деревянное ограждение стадиона не давало сделать этого. Но вскоре оно начало прогибаться под натиском толпы. Было видно, что толпа собирается взять стадион штурмом. Нортон вспоминает: “Мы, конечно, боялись за группу (впрочем, и за себя тоже, но совсем чуть-чуть)”. Звучали сигналы байкеров, молодежь дралась с полицейскими. “Нас было всего пятеро на другой стороне, и мы знали, что мы последняя линия обороны”. Когда фанаты начали перелазить через ограду, телохранители стали скидывать их обратно. Но толпа медленно оттесняла телохранителей, и казалось, она вот-вот сомнет их, когда появились специальные подразделения полиции и помогли нормализовать ситуацию. Никто серьезно не пострадал.

После этого случая репутация Ричарда и Боба среди рок-звезд резко выросла. О них начали говорить как о профессионалах, готовых “жизнь положить” за своих клиентов.  Когда кто-нибудь из знаменитых артистов приезжал в Австралию, первым делом приглашали Ричарда и Боба. Нортон поработал телохранителем у Джо Коккера, Флитвуда Мака, Стива Никса, АББА, Линды Ронстадт, Джеймса Тейлора, Дэвида Боуи, Джона Белуши и у многих других.

В 1976 году Нортон и Джонс решили пригласить в Австралию Чака Норриса, для того чтобы тот выступил с показательными выступлениями на нескольких турнирах. В то время они знали о Норрисе все, что можно было почерпнуть из журнала “Черный пояс”. Это был их единственный источник информации о развитии боевых искусств в других странах. Им нравилось читать о таких событиях, как, например, легендарный бой Чака Норриса и Джо Льюиса. Чак воспринимался Бобом и Ричардом как живая легенда. Естественно, что Ричард тут же подружился с Норрисом, и Чак пригласил его к себе в Калифорнию.

В 1979 году Нортон сопровождал в качестве телохранителя и тренера Линду Ронстадт в ее туре по США. Таким образом он оказался в Южной Калифорнии. Когда он уезжал из Австралии, он говорил всем, что уезжает на месяц.  Оказалось, что более чем на 20 лет. И по сию пору Нортон живет в Штатах. И виноват в этом прежде всего Чак Норрис.

В первый же день после приезда в Штаты Нортон, вспомнив, как весело они проводили время с Норрисом в Австралии, позвонил ему. Чак пригласил Ричарда к себе домой. Они начали тренироваться вместе каждый день. В это время как раз проходила подготовительная фаза фильма “Октагон”.  После совместной работы в Австралии Чак знал, что Нортон силен в работе с окинавским оружием, особенно с парными ножами Саи. Таким образом, Нортон стал помогать Чаку и его брату Аарону в постановке некоторых сцен в фильме. В конце концов, Нортон сыграл в фильме роль ниндзя-убийцы Кайо. Это было хорошим началом кинокарьеры, несмотря на то что лица Нортона, скрытого под маской, в фильме не видно. Кроме того, Нортон вместе с тремя каскадерами выполнял все трюки в фильме и играл поочередно нескольких ниндзя. Таким образом, в этом фильме он умирал на экране восемь раз. Чем и гордится как своеобразным рекордом.

Естественно, можно смело сказать, что Ричард Нортон начал свою карьеру в кино благодаря Чаку Норрису. После “Октагона” фотогеничному Нортону начали предлагать роли уже без маски. Самые запоминающиеся его работы в американском кино – это “Честь и ярость” (RageandHonor), “Чайна О’Брайен” (ChinaO’Brien) с Синтией Ротрок, “Под прицелом” (UndertheGun) с Кэти Лонг, “Гимнастическое Ката”(GymKata) с Куртом Томасом и “Мистер Крутой” (Mr. NiceGuy) cДжеки Чаном. Надо сказать, что мой любимый фильм с участием Нортона – “Под прицелом”, где он играет владельца клуба, который попадает в сложную ситуацию между двумя мафиозными группировками и выкручивается из этой “неприятности” с бесконечной находчивостью и юмором.

Всего Нортон снялся в более чем 60 фильмах, а также в нескольких эпизодах сериала “Уокер, техасский рейнджер”. Кроме того, он три сезона работал постановщиком трюков в сериале “Новые приключения Робина Худа”. Нортон всегда очень хорошо отзывается об актерах, с которыми ему довелось вместе работать, но два абсолютных фаворита – это Джеки Чан и Само Хунг. “Джеки и Само  великолепны. Я  очень их уважаю как актеров и как режисеров. Они такие невозможно творческие люди, каких я не встречал за все время работы в Соединенных Штатах”, –  говорит Нортон.  Нортон начал работать с ними в своем первом гонконгском фильме, который назывался “Мои счастливые звезды” (Twinkle, twinkle. LuckyStars). Режиссером фильма был Само Хунг.

Съемки в Гонконге коренным образом отличаются от съемок в Соединенных Штатах. Ричард вспоминает, что сцену его боя с Само Хунгом снимали в течение трех недель, работая каждый световой день, с небольшим перерывом, и без выходных. Съемки проходили в закрытом павильоне студии Голден Харвест, в котором не было кондиционеров. За время работы над этим эпизодом Нортон потерял около 8 кг веса. Кроме того, во время съемок боя работали  в полный контакт по корпусу и иногда с дозированным контактом в голову.

Вот как Ричард отзывается о профессиональных способностях Само Хунга и Джеки Чана: “Не давайте надуть вас. Само может драться по-настоящему. Я преисполнен глубокого уважения к Джеки и Само после того, как увидел, через что они проходят изо дня в день, из года в год”.

Но Ричард не из тех, кто живет прошлым. Он всегда смотрит в будущее. На момент написания этой статьи его увлечением были телесериалы. Предмет его особой гордости – сериал “Хроники Сэма Хилла”, котрый переносит “Секретные материалы” в начало XXвека. Сэм Хилл – это реальный человек, который исследовал необычные (паранормальные, как сейчас говорят) явления в начале прошлого столетия. В основу сценария легли реальные “мистические” истории, собранные этим человеком.

Хилл работал на лондонское “Общество исследования паранормальных  явлений” (“TheLondonSocietyforParanormalResearch”), которое было основано в начале XIXвека и существует до сих пор. Он был главой Североамериканского отделения общества и путешествовал по миру, исследуя необъясненные феномены. Кроме родства с “Секретными материалами”, сериал чем-то похож и на “Индиану Джонса”, т.к. в нем много динамики. В общем – неотразимая смесь интеллекта и физической активности.

В сериале “Новые приключения Робина Худа” Нортон участвовал как второй режисер, постановщик трюков и актер. Съемки продолжались по шесть дней в неделю, по 14 часов в день. В фильме было много боевых сцен, и работа над ним доставила Нортону большое удовольствие, т.к. среди них было достаточно эпизодов с холодным оружием (мечами, щитами, стрелами, палками), с лошадьми, батальных сцена. Это в корне отличает сериал от типичного боевика. Кроме того, съемки проходили в Вильнюсе. Вот мнение Нортона о столице бывшей братской республики: “Это прекрасный старинный город с шармом древности. У меня появились здесь несколько прекрасных новых друзей из команды русских и литовских каскадеров. Здесь практически не было трюков, которые они не сделали или хотя бы не попытались сделать”.

Нортон также сыграл пару ролей в сериале “Уокер, техасский рейнджер” у Чака Норриса. Кульминацией его работы в сериале стала двухчасовая финальная серия “Последний отсчет”, которую режиссировал брат Чака Аарон. Действие происходит на Диком Западе в 60-е годы XIXвека. Городок Дикого Запада был специально построен для съемок на техасском ранчо певца Вилли Нельсона.

В европейском фильме  “Амазонки и гладиаторы” Нортон участвовал сразу как один из режиссеров, постановщик трюков, постановщик боев и, конечно, как актер. Сразу после этого он снялся в фильме “Спасение” (“Redemption”) вместе с Доном Вилсоном и Крисом Пенном, а также со своей давней подругой Синтией Ротрок.

Между съемками Нортон продолжает заниматься любимым делом – открывать новые пути в боевых искусствах. Он получил черный пояс по бразильскому варианту дзю-дзюцу от своего наставника в этом стиле Жана Жакуи Мачадо (JeanJacquesMachado). Фактически, он же на пару с Чаком Норрисом и Бобом Уоллом (если помните – злодей со шрамом в фильме Брюса Ли “Выход дракона”) помогли Мачадо обосноваться в Соединенных Штатах. Чем Нортон очень гордится. “Учиться – значит расти. Не бойтесь пробовать и делать ошибки, – говорит Нортон, – многие люди боятся выйти из своей привычной зоны комфорта и оказаться в незнакомой обстановке”.  Нортон, после всех своих достижений, продолжает  учиться и расти. Девиз школы Мачадо “оставь свое эго за дверью” является  частью его философии уже многие годы.  

“Нет  причин сомневаться, что я начал свою карьеру в кино благодаря боевым искусствам. С тех пор я сделал карьеру актера, но я не забыл свои корни. Я люблю боевые искусства и людей, с которыми познакомился благодаря им. Я всегда говорил, что считаю себя прежде всего специалистом в боевых искусствах, а потом уже актером...  Я не знаю, где бы я был без своих тренировок. Именно они поддерживают во мне оптимизм. Даже без карьеры в кино я чувствовал бы себя достаточно счастливым, занимаясь боевыми искусствами”.  Ричард  считает, что боевые искусства дают чувство дружбы и доверия. Многие из друзей, с которыми он познакомился через  боевые искусства, очень сильно повлияли на его жизнь и стали для него семьей.  Он начинает свой день с совместной тренировки со своим другом и наставником Питером Куннингемом (PeterCunningham) по прозвищу “Сахарная нога”. Питер является семикратным чемпионом мира по кикбоксингу. Вечером, после тренировки с железом, Нортон занимается бразильским дзю-дзюцу с Жаном Жакуи Мачадо, которого считает лучшим бойцом в среднем весе в мире. Ричард очень гордится черным поясом  по дзю-дзюцу школы Мачадо, который тот вручил ему после 10 лет совместных тренировок. Другая часть тренировок включает спринтерский бег для тренировки анаэробного режима и забеги на длинные дистанции на стадионе для тренировки выносливости и взрывной силы.  

Нортон считает, что в наше время нельзя слепо следовать традициям в боевых искусствах. Изменился образ жизни людей, уровень культуры, социальная среда. Необходимо адаптироваться к существующему в данный момент окружению. Мы живем в современных городах и являемся частью современного общества. Мы одеваемся совсем иначе, нежели средневековые самураи. У нас нет возможности носить с собой длинное холодное оружие, но зато есть возможность носить малогабаритное огнестрельное. Стрессы, которые воздействуют на человека сегодня, другие, чем те, которые воздействовали на жителя феодальной Японии. Изменился ритм жизни.  Поэтому старинные традиции должны быть адаптированы к новым условиям, считает Нортон. Он практикует традиционные способы тренировок и добавляет в тренировочный процесс все, что может  быть использовано в современных условиях.  Многие из традиционных аспектов боевых искусств очень функциональны и применимы в наше время. “Боевой аспект является лишь одной из сторон боевых искусств. И не каждый хочет углубляться именно в него. Красота боевых искусств в том, что они имеют много сторон. Разные люди интересуются разными аспектами. Кто-то занимается в комплексе всеми аспектами, кто-то специализируется на каком-то одном.  Как “современный традиционалист”, я считаю, что надо специализироваться, насколько это возможно, – не теряя при этом идеал комплексности боевых искусств”.   

Во все времена происходило развитие традиции. От различных школ боевых искусств отделялись мастера и основывали новые школы. Нортон считает, что путь новатора намного труднее пути имитатора, но и намного эффективнее. Достаточно легко можно получать пояса и степени, просто повторяя движения, которые кто-то задолго до вас придумал. Но это похоже на клонирование. На этапе освоения базовой техники это, конечно, необходимо. Но для того, чтобы стать личностью, надо идти своим путем. Искусство является средством самовыражения личности. И боевое искусство – не исключение. Невозможно представить, чтобы несколько художников рисовали одну и ту же картину, с точностью копируя ее друг у друга. Точнее – это происходит в период обучения. Потом каждый пишет по-своему. То же самое и в боевых искусствах. Для того чтобы раскрыть свой собственный потенциал, каждый должен индивидуализировать свой стиль и свой тренировочный процесс. Для достижения высоких  результатов необходимо  использовать как лучшие традиционные методы, так и достижения современной медицины и технологии.

Самый удачный фильм с участием Нортона, который я видел, – это фильм “Под прицелом” (UndertheGun). Здесь в полной мере проявились как актерские, так и “каратистские” способности Ричарда.

 

В заключение позволю себе привести перевод интервью Нортона журналу “Блиц” (Blitz), взятого одним из его учеников, Сильвио Морелли. Никто так не расскажет о мастере, как его ученики. Сначала я хотел перевести только отдельные выдержки, но в процессе чтения так увлекся, что перевел интервью целиком. Мне кажется – оно стоит того.

 

Сильвио Морелли 

Ричард Нортон – современный традиционалист

Вы, возможно, знаете Нортона как телохранителя многих известных людей из мира шоу-бизнеса и как одного из самых успешных за рубежом австралийских специалистов по боевым искусствам. Он появлялся на обложке первого выпуска журнала “Блиц” и многих иностранных журналов по боевым искусствам. Я имел счастье быть одним из его учеников в течение восьми лет. И сегодня я благодарю мои счастливые звезды за то, что они сделали его моим наставником. Я всегда знал, какое счастье выпало мне, но не подозревал, насколько оно велико, до того как объездил много стран и потренировался с некоторыми из лучших специалистов по боевым искусствам на планете.

Сенсей Ричард является для меня наилучшим примером того, каким должен быть настоящий сенсей. Следующая статья – это всего лишь маленький взгляд на то, каким должен быть настоящий современный будока. Я хотел бы поблагодарить сенсея Ричарда за то, что он нашел возможность ответить на несколько временами острых вопросов. Я благодарен ему за его творчество, за его вдохновение.

 

Морелли: Сколько лет вам было, когда вы начали заниматься боевыми искусствами?

Нортон: Мне было 12 лет, когда я начал заниматься дзю-до. Соседи, которые жили рядом с нами, продали дом, и новая семья въехала в него. У них был сын, поведение которого привлекло мое внимание. Он исчезал по вечерам два раза в неделю. Когда я спросил его, куда он ходит, он рассказал мне, что занимается в школе дзю-до в Нюнавайдинге. Это меня заинтересовало, и я решил посетить этот клуб. Инструктором в клубе был Джон Бург, который работал полицейским в Нюнавайдинге. Я тренировался в клубе дзю-до два года, пока один из моих друзей, с которым я вместе тренировался, Джон Роув, не рассказал, что недалеко от места, где я жил, открылась школа каратэ. В это время каратэ было знакомо нам только по одной  странной книге, которая была у Джона. Мы пошли в клуб в Байсватер, который находился в трех милях от того места, где я жил. Инструктором там был Тино Цеберано, а стиль назывался Годзю-Кай.  

Мы сели и начали наблюдать за тренировкой. А они сделали несколько демонстраций. Тино был к тому времени в Австралии всего около года и преподавал в Хонбу в Кантербюри. В этот вечер он привез с собой несколько учеников начального уровня, может быть 8-го кю3, чтобы продемонстрировать это новое для всех собравшихся искусство. Они показали начальные ката, и я сразу проникся увиденным; я понял, что должен этим заниматься. Я был тогда очень худым и невысоким и в дзю-до чувствовал себя одним из тех картонных персонажей, которых кидает из одного конца комнаты в другой большой парень. Каратэ устроено иначе, здесь нет такой большой зависимости от габаритов. И это стало основной причиной, которая привела меня в каратэ.       

Морелли: Вы помните самые первые дни?

Нортон: Первые дни дали мне большую пищу для воспоминаний. Лучше всего я запомнил именно их, потому что там было очень много смешного. Кроме того, мы тренировались потому, что мы хотели тренироваться. Здесь не было коммерческого расчета. Не имело значения, как много денег мы собирались заработать. Мы делали то, что, как мы знали в глубине сердца, мы должны были делать. Тренировки были полны чувства товарищества. Чувство доверия в клубе было преобладающим, поскольку Тино сознательно внушал нам, что ученики с высшими разрядами должны присматривать за младшими и за более слабыми.

На турнирах в то время не было таких вещей, как перчатки и защита. Зато было много контакта в корпус. И нам, конечно же, хорошо доставалось. А в уикенды Тино  устраивал в своем доме “люау”. Люау – это гавайская традиция, когда жарят свинью и наедаются до отвала.

Тино основал первый в Австралии загородный лагерь боевых искусств, куда он вывозил группы учеников для тренировок. Вы брали с собой вашу собственную маленькую макивару, которую потом можно было обернуть вокруг дерева и выбивать из нее пыль. Это было удивительное время. Время самоуглубления и время роста. Оглядываясь назад, я снова и снова убеждаюсь: мне сильно повезло, что Тино был моим инструктором. Когда вы начинаете заниматься, вы не можете знать, насколько хорош ваш инструктор и насколько хорошо он вас учит. Я благодарен судьбе, что начал заниматься боевыми искусствами у Тино и затем, позже, у Сэла Эбанеза. От Тино, который был инструктором высочайшего класса, я получил налучшую возможную базу.   

Морелли: Есть люди, которые начали тренироваться тогда и продолжают до сих пор?

Нортон: Таких много. Мне приходит на ум Макс Фабрис. Макс был одним из первых, кто начал заниматься у Тино, и он продолжает работать в школе  Годзю-Кай в Брунсвике и сейчас. Также Тино, Сэл Эбанез и, конечно, Боб Джонс.

Морелли: Насколько сильно отличаются те тренировки от современных?

Нортон: Тогда мы тренировались по единственной причине. Мы хотели стать мастерами боевых искусств. Никто не тренировался ради денег или коммерческого успеха. Я смею утверждать, что некоторые вещи мы делали из чистого эгоизма, потому что вы, конечно, всегда хотите быть лучшим в том, чем вы занимаетесь.

В те дни я обнаружил, что из-за коммерческого аспекта во многих школах боевых искусств учеников не могли тренировать настолько хорошо, насколько следовало бы. Нельзя жертвовать качеством ради денег. Тренировки раньше имели другую степень интенсивности. Ката были интенсивными, спарринги были интенсивными, дисциплина была интенсивная и товарищество было интенсивным. Я не говорю, что этого не существует сейчас, но я помню – раньше это было по-другому.  

Морелли: Почему вы расстались с Тино?

Нортон: Оглядываясь назад, могу сказать, что, конечно, тому, что я сделал в то время, были свои причины. Может быть, школа стала слишком коммерческой, кто знает. Случилось то, что случилось. Самой большой причиной для меня был Боб Джонс.

Боб был очень энергичен. И все люди, которые были вокруг него, были очень энергичные люди. И я был захвачен этим. И несмотря на то, что первые пару лет я сожалел о своем решении, сейчас, глядя на то, как моя жизнь повернулась благодаря этому разрыву, я понимаю, что это было правильное решение.

Морелли: Вероятно, вам было трудно уйти в частности потому, что это противоречило традиционному уважению к учителю в философии боевых искусств?

Нортон: Здесь нет вопроса, конечно – это было трудно. Как вы знаете, уважение – это одно из правил, которому учат в боевых искусствах. Уважение к вашему додзе и к вашему учителю. Решение уйти из школы мучило меня несколько лет, но в конце концов – жизнь прекрасна, и сейчас я знаю, что принял правильное решение.

Морелли: Вы когда-нибудь хотели изменить это решение?

Нортон: Нет, определенно – нет. Оглядываясь назад, я  понимаю, что никогда не получил бы опыта, который имею сейчас, оставаясь в Годзю-Кай. Я думаю, что именно после этого разрыва я максимально вырос как специалист в боевых искусствах. Другие, возможно, имеют другие взгляды, но это мой собственный взгляд на то, что я сделал.

Морелли: Итак, вы ушли от Тино и присоединились к Бобу Джонсу. Как этот опыт повлиял на вас?

Нортон: Боб был новатором и генератором идей. Я вижу сейчас яснее, чем раньше: Боб был новатором. Он во всем открывал Америку, он искал новые пути . Он терпеть не мог делать то же самое, что и другие. Я думаю, что быть новатором гораздо труднее, чем имитатором. Это очень легко – имитировать. Многие ученики только тем и занимаются, что повторяют за инструктором, не имея возможности для самовыражения. Это, конечно, необходимо для того, чтобы получить базу. Поначалу именно инструктор руководит вами. Но он ведет вас к той точке, когда вы сами сможете стать своим учителем. Мы с Бобом неожиданно поняли это, работая в школе Дзен-До Кай и тренируясь шесть дней в неделю. У нас были такие молодые ребята, которые догоняли нас на каждом занятии, заставляя становиться все лучше и лучше. Это сделало меня очень голодным до знаний. Я должен был продолжать поиск.

Я читал книги, покупал кассеты, я ходил в другие школы и на турниры с мыслью о том, чему я могу научиться и как это поможет мне усовершенствовать мои тренировки и сделать занятия интересней. Это было незаменимо для моего развития, что я покинул Годзю Кай и работал инструктором в школе Боба Дзен До Кай.  

Это был бесценный опыт, который помогал мне расти, потому что я должен был думать за себя, находить свое собственное знание и находить различные пути научить других тому, что я нашел.

Морелли: Вы с Бобом были очень близки друг другу. Как эти отношения повлияли на вас?

Нортон: Мы были очень близки и остаемся близки до сих пор. Когда мы разделились – это было потому, что мы имели разное мнение о том, как должны преподаваться боевые искусства.

Я был истым традиционалистом, а Боб, я думаю, хотел сблизиться с американской системой. Сейчас мне кажется, что он был совершенно прав, делая это, и был совершенно прав во всем, что он хотел сделать. И я был совершенно прав во всем, что хотел делать. Другими словами – это была судьба. Случилось то, что должно было случиться. Я думаю, что Боб и я были очень похожи на Инь и Ян. Мы были противоположностями. Ассоциация с Бобом действительно создала меня. Я рос даже быстрее, чем когда я начал заниматься. Кроме того, Боб был одним из тех, кто привел меня в охранный бизнес. Если бы он этого не сделал, то ничего бы, конечно, не было. Эта работа дала мне понимание того, что реально работает в технике. Вы должны быть хороши во всем, что вы делаете, и все, что вы делаете, должно срабатывать.

Это был очень хороший урок для меня. Это помогло мне понять, что многое из того, что мы делали на традиционных  тренировках по каратэ и  ката, было прекрасно, но не всегда имело отношение к реальному бою. Все, через что Боб провел меня, помогло мне увидеть другую сторону боевых искусств. Я бесконечно благодарен Бобу за все, что дало мне сотрудничество с ним.

Морелли: Каким инструктором был Боб?

Нортон: Я думаю, Боб был и остается феноменальным инструктором. Вы можете судить об этом по количеству учеников и школ, которые он имеет сейчас. Как я сказал, Боб инноватор, а не имитатор. Он невозможно дисциплинирован и тренирует экстремально жестко. Он очень аналитичен, и находясь рядом с ним, вы можете многому научиться. Он очень много внимания уделяет дисциплине и этикету в додзе, и он совершеный мастер во всех смыслах этого слова.

Морелли: Что вы думаете о кикбоксинге?

Нортон: Это хорошо, когда люди понимают, что они делают. Кикбоксинг для многих людей – это спорт. Это не похоже на искусство, где вы имеете в своем распоряжении все возможные направления для комбинаций. Одна из проблем, с которой я здесь столкнулся, – это то, что вы должны готовиться к бою, который продлится на ринге три, пять, десять, двенадцать раундов, и со временем, скажем, когда вам перевалит за тридцать, это становится трудным. И когда люди теряют возможность тренироваться в таком режиме, то, как правило, многие  бросают тренироваться совсем. 

Также, в кикбоксинге вам нужен спарринг-партнер. Вы должны драться против кого-то. Я думаю, в традиционном тренинге (макивара или ката) вы ведете прежде всего  внутреннюю битву с собой,  и я думаю, многое из этого потеряно в кикбоксинге. Я не хочу сказать, что такие мастера, как Стан Лонгиндис (StanLongidinis) или Денис Алексио (DennisAlexio) не дисциплинированы или не увлечены тем, что они делают. Но в любой деятельности люди всегда рискуют упустить возможность быть артистом. К примеру – как много фильмов о боевых искусствах вы видели, в которых бы действительно раскрывалась сущность каратэ?

Морелли:  Что вы чувствуете, практикуя традиционные ката?

Нортон: Для меня ката – это активная медитация. Выполнение ката и установка своего тела в позиции, которые очень неестественны, требует большой дисциплины. Это одна из  целей выполнения ката – дисциплина внутри себя. Без ката нет каратэ как искусства. Ката – это сущность каратэ, это одновременно медитация в движении и упражнение для разума. Ката – это дзэн, только тогда это настоящее ката. В физическом аспекте ката учит вас технике, которую вы бы никогда не выучили, если бы все время делали только джэб, правый кросс, левый хук. Ката дает возможность выработать собственное понимание каждого движения. Ката учит вас непрерывности движения. Оно учит вас переходить из одной стойки в другую. С точки зрения боя, например, вы будете гораздо лучше контролировать свой центр тяжести и намного легче восстанавливать равновесие после интенсивной тренировки ката. Ката дает чуство логики движения, которое намного увеличивает ваши нервно-мышечные возможности.

Морелли: Немногие люди могли бы осознать это, но вы много занимались кикбоксингом с такими мастерами, как Бенни Уркидез и Пит Синнингхам. Вы также изучали дзю-дзюцу Мачадо/Грайси. Огромный опыт!

Нортон: Я тренируюсь с Бенни Уркидезом последние 14 лет и с Питом Синнингхамом – последние восемь лет. Прекрасные, прекрасные инструкторы и совершенные мастера во всем, что они делают. Я также занимаюсь дзю-дзюцу Мачадо последние три года, и это действительно прекрасный опыт.

Морелли: Вы изучили много различных стилей, таких как Годзю, Дзен До Кай, Дзю-до, Айкидо, Кикбоксинг, Кобудо. Кто из людей, с которыми вы вместе тренировались, произвел наибльшее впечатление на вас?

Нортон: Все, с кем я тренировался, произвели впечатление на меня. Кто-то больше, чем другие. В самом начале в Годзю – Тино и Сэл Эбанез очень сильно повлияли на меня.  Боб Джонс, как я уже говорил, повлиял на меня. Дзю-до показало мне другую сторону боевых искусств – за пределами ударов руками и ногами. Я тренировался в Айкидо с сенсеем Обата, который практиковал более прикладной стиль Айкидо. Дзю-дзюцу Мачадо великолепно. Действительно, братья Мачадо – наиболее впечатляющие из тех, с кем я пересекся за последние 20 лет.

Я тренировался в кикбоксинге с Бенни Уркидезом, Питом Синнингхамом и Шуки Роном, и они все произвели сильное впечатление на меня, потому что всё, чему они учили меня, очень эффективно. Затем, были люди, подобные Фуио Демура, который является истинным джентльменом и обладает всеми качествами, которыми должен обладать сенсей. Пит Джонсон научил меня пересматривать все, что я делаю, перераспределять в другой последовательности, искать новые подходы. Список можно продолжать и продолжать.

Морелли: Что вы думаете о Чаке Норрисе? Вы много тренировались с ним.

Нортон: Чак – лучший. Он очень дисциплинированный человек. Он научил меня очень многому. Мы обычно тренировались по три часа в день, когда я первый раз приехал в Америку. Я был настолько в хорошей форме, насколько это возможно, но Чак имеет сердце как у быка. Он мог бы загонять нас насмерть своими тренировками. Он никогда не пропускает тренировки. Я очень уважаю Чака.

Его открытость к изучению всего нового произвела большое впечатление на меня. Если вокруг есть кто-нибудь, кто готов показать что-то новое, он открыт для этого. Он всегда готов надеть белый пояс, если это потребуется. Я могу только выразить восхищение и уважение тому, кто обладает такими способностями.

 

Примечания

1 Ката – формальный комплекс движений в каратэ. Можно назвать ката условным боем с воображаемым противником.  В ката содержатся в сжатом и формализованном виде технические, энергетические и духовные аспекты стиля.

2 Кумитэ – спарринг в каратэ. Существует несколько видов кумитэ – от полностью предопределенного парного комплекса движений до свободного боя в полный контакт.

3 Кю – степень ученика в японских боевых искусствах. Новичок  получает 5-й или 6-й кю (в зависимости от традиций школы) и пояс белого цвета. По мере продвижения в овладении техникой, он сдает экзамены и получает соответствующие кю и пояса разных цветов. Кю нумеруются в обратном порядке. Самым высшим является 1-й кю (обычно ему соответствует коричневый пояс). Затем ученик может сдать экзамен на черный пояс. Начиная с этого момента считается, что ученик овладел техникой школы и имеет право изучать более сложные и тонкие аспекты (например, точечные удары, различные медитационные техники и т.д.). С момента получения черного пояса ранг молодого мастера обозначается даном. Отсчет данов начинается с единицы. Самый высший дан – десятый. Как правило – 10-й дан имеет только основатель школы.  Система кю и данов используется, как правило, в японских и корейских школах. В китайской традиции до недавнего времени такого деления не было.

 

Фильмография

1. Октагон (THEOCTAGON) ,1980

2. Сила: Пять (FORCE: FIVE), 1981

3. Исполняющая команда, Стратегическая команда (EXECUTIVECOMMAND,STRATEGICCOMMAND)

4. Вынужденное мщение (FORCEDVENGEANCE), 1982

5. Американский нинзя  (AmericanNinja), 1985

6. Джимката (GYMKATA), 1985

7. Мои счастливые звезды (TWINKLE, TWINKLE LUCKY STARS), 1985

8. Охотники будущего (FUTUREHUNTERS), 1986

9. Эквалайзер 2000 (EQUALIZER2000), 1986

10. Магический кристалл (THE MAGIC CRYSTAL) , 1986

11. Шанхайский экспресс (SHANGHAIEXPRESS), 1986

12. Миссия провалена (Возвращение кикфайтера) (MISSIONTERMINATE), 1987

13. Кровьгероев(THE BLOOD OF HEROES),1988

14. Лицензиянаубийство(LICENSE TO KILL) , 1988

15. СалютДжаггера, Кровьгероев(SALUTE OF THE JUGGER, THE BLOOD OF HEROES), 1988

16. МечьБусидо(WORD OF BUSHIDO), 1989

17. ЧайнаО’Брайен(CHINA O'BRIEN), 1990

18. Самоесмертоносноеискусство: лучшиеизфильмовобоевыхискусствах(THE DEADLIEST ART: BEST OF THE MARTIAL ARTS FILMS), 1990

19. ЧайнаО’Брайен  II (CHINA O'BRIEN II), 1991

20. Кикфайтер  (THE KICK FIGHTER), 1991

21. Леди-Дракон(LADY DRAGON), 1991

22. Железноесердце(IRONHEART), 1992

23. Глазадракона(EYES OF THE DRAGON), 1992

24. Городскойохотник(CITY HUNTER), 1992

25. Честьиярость(RAGE AND HONOR) ,1992

26. ЧестьияростьII: Враждебныйзахват(RAGE AND HONOR II: HOSTILE TAKEOVER) , 1992

27. Штурмовикисолнца(RAIDERS OF THE SUN),1992

28. Киберищейка(CYBERTRACKER), 1994

29. Смертельныйбой(DEATHFIGHT), 1994

30. Прямойудар(DIRECT HIT), 1994

31. Подприцелом(UNDER THE GUN), 1995

32. Крутой и смертоносный (TOUGHANDDEADLY), 1995

33. За жизнь или смерть (FORLIFEORDEATH), 1996

34. Черный гром (BlackThunder), 1997

35. Мистер Крутой, Суперповар  (MR. NICEGUY, SUPERCHEF), 1997

36. НовыеприключенияРобинаХуда(THE NEW ADVENTURES OF ROBIN HOOD) ,1998

37. Наутилус(NAUTILUS) ,1999

38. Амазонки и гладиаторы (AMAZONSANDGLADIATORS), 2001

 

Интервью с Иваном Охлобыстиным после премьеры фильма
21.11.2012

"Я вообще считаю, что в игровом кино не должно быть в речи достоверности улиц. Это редко когда уместно. Кино не должно следовать за зрителем, напротив, оно должно подчиняться эстетическому принципу, подающему пример людям".

Тони Кей - о своем фильме "Учитель на замену"
21.05.2012

"Я ничего не знаю об американских школах, хотя живу в Лос-Анджелесе. Я не снимал кино про учителя и думаю, что фильм в результате получился не про преподавателей, и не про школу, и не про состояние образовательной системы в США, а про человека и решения, которые он принимает".

Дмитрий Лукин. Главы из книги "Мастера боевых искусств в кино"
30.11.2011

"Снайпс обладает феноменальными физическими данными. Его координация движений безупречна. Он, похоже, может двигаться в режиме любого стиля. Это очень редкий талант – совершенное владение своим телом. То, чему другие учатся годами, ему дается сразу". 

Дмитрий Лукин. Главы из книги "Мастера боевых искусств в кино"
17.11.2011

"Он был одним из первых американских мастеров, снявшихся в художественных фильмах. Он  осознал силу кинематографа в деле популяризации боевых искусств. Он проложил дорогу в кино таким звездам жанра, как Брюс Ли и Чак Норрис. К сожалению, в нашей стране он мало кому известен".

Дмитрий Лукин. Главы из книги "Мастера боевых искусств в кино"
11.11.2011

"Спикмен считает, что он несет моральную ответственность за то, как он показывает боевые искусства в кино. В большей степени его привлекает кино для детей. “Те дети, на которых я действительно пытаюсь повлиять, – им нужен мотив, нужна помощь в принятии правильных решений".

Дмитрий Лукин. Главы из книги "Мастера боевых искусств в кино"
27.10.2011

Дакаскос понимает глубинные основы формирования мастера и не пытается форсировать процесс. Имея прочную базу, он может позволить себе развивать и дополнять ее без риска разрушить. Он продолжает учиться, зная, что только время и труд могут приблизить его к мастерству его учителей.

Дмитрий Лукин. Главы из книги "Мастера боевых искусств в кино"
13.10.2011

На философские вопросы о смысле жизни Саммо отвечает примерно так: “Просто делайте то, что вы хотите делать. Делайте то, к чему чувствуете влечение. Не дайте этому пройти мимо вас. И что бы вы ни делали – делайте это наилучшим образом”.

Дмитрий Лукин. Главы из книги "Мастера боевых искусств в кино"
4.10.2011

Леди-Дракон. Так назывался один из ее ранних фильмов. Так часто называют в прессе саму Синтию. Безусловно – она одна из самых “правдоподобных” женщин, которых я когда-либо видел в боевых сценах в кино.

Дмитрий Лукин. Главы из книги. Предисловие
26.09.2011

Очень мало фильмов имеют право называться искусством. К сожалению, закон жанра диктует определенный тип поведения для героя. Очень мало фильмов, которые показывают внутреннюю красоту боевых искусств, их духовную сущность. Однако традиционные боевые искусства в основе своей имеют тишину...

В этом разделе вы можете познакомиться с нашими новыми книгами и заказать их доставку в любую точку России. Добро пожаловать!

Шесть книг Издательского дома "Мой Город" стали победителями VIII областного конкурса «Южноуральская книга-2015». Всего на конкурс было представлено более 650 изданий, выпущенных в 2013-2015 годах.

Теперь каждый желающий может познакомиться с книгами ИД "Мой Город" (Издательство Игоря Розина) и купить их в электронном виде. Для этого достаточно пройти по ссылке.

Издательский дом «Мой Город» выполнит заказы на изготовление книг, иллюстрированных альбомов, презентационных буклетов, разработает узнаваемый фирменный стиль и т.д.

Украшения ручной работы

Эта детская книжечка - вполне "семейная". Автор посвятил ее своим маленьким брату и сестричке. И в каком-то смысле она может служить эталоном "фамильной книги", предназначенной для внутреннего, семейного круга, но - в силу своей оригинальности - интересной и сторонним людям.

История, рассказанная в этой очень необычно оформленной книге, действительно может быть названа «ботанической», поскольку немало страниц в ней посвящено описанию редких для нас южных растений. Впрочем, есть достаточно резонов назвать ее также «детективной», или «мистической», или «невыдуманной».

Сборник рассказов московского писателя Сергея Триумфова включает страстные лирические миниатюры, пронзительные и яркие психологические истории и своеобразные фантазии-размышления на извечные темы человеческого бытия.

Книга прозы Александра Попова (директора челябинского физико-математического лицея №31) «Судный день» – это своего рода хроника борьбы и отчаяния, составленная человеком, прижатым к стенке бездушной системой. Это «хождения по мукам» души измученной, но не сломленной и не потерявшей главных своих достоинств: умения смеяться и радоваться, тонуть в тишине и касаться мира – глазами ребенка.

Со страниц этого сборника звучит голос одного сада. Одного из многих. Потому что он жив и существует – благодаря одному человеку, автору этой книжки. И в то же время через эти стихи словно бы говорят все сады, все цветы, все деревья и травы мира. Может быть потому, что подлинная поэзия – универсальна и не имеет границ.

Роберто Бартини - человек-загадка. Кем он был - гениальным ученым, на века опередившим свое время, мыслителем от науки, оккультным учителем? Этот материал - только краткое введение в судьбу "красного барона".

"Люди спрашивают меня, как оставаться активным. Это очень просто. Считайте в уме ваши достижения и мечты. Если ваших мечтаний больше, чем достижений – значит, вы все еще молоды. Если наоборот – вы стары..."

"Отец Александр [Мень] видел, что каждый миг жизни есть чудо, каждое несчастье – священно, каждая боль – путь в бессмертие. А тем более цветок или дерево – разве не чудо Божье? Он говорил: если вам плохо, пойдите к лесу или роще, возьмите в руку ветку и так постойте. Только не забывайте, что это не просто ветка, а рука помощи, вам протянутая, живая и надежная..."

"Всего Капица написал Сталину 49 писем! Сталин не отвечал, но когда Капица, не понимая такой невоспитанности, перестал ему писать, Маленков позвонил Капице и сказал: «Почему вы не пишете Сталину, он ждет новых писем». И переписка (односторонняя) возобновилась".

"Через цвет происходит таинственное воздействие на душу человека. Есть святые тайны - тайны прекрасного. Понять, что такое цвет картины, почувствовать цвет – все равно, что постигнуть тайну красоты".

"...Ненависть, если и объединяет народ, то на очень короткое время, но потом она народ разобщает еще больше. Неужели мы будем патриотами только из-за того, что мы кого-то ненавидим?"

"Внутреннее горение. Отказ от комфорта материального и духовного, мучительный поиск ответов на неразрешимые вопросы… Где все это в современном мире? Наше собственное «я» закрывает от нас высшее начало. Ведь мы должны быть свободными во всех своих проявлениях. Долой стеснительность!.."

"В 1944 году по Алма-Ате стали ходить слухи о каком-то полудиком старике — не то гноме, не то колдуне, — который живет на окраине города, в земле, питается корнями, собирает лесные пни и из этих пней делает удивительные фигуры. Дети, которые в это военное время безнадзорно шныряли по пустырям и городским пригородам, рассказывали, что эти деревянные фигуры по-настоящему плачут и по-настоящему смеются…"

"Для Beatles, как и для всех остальных в то время, жизнь была в основном черно-белой. Я могу сказать, что ходил в школу, напоминавшую Диккенса. Когда я вспоминаю то время, я вижу всё черно-белым. Помню, как зимой ходил в коротких штанах, а колючий ветер терзал мои замерзшие коленки. Сейчас я сижу в жарком Лос-Анджелесе, и кажется, что это было 6000 лет назад".

"В мире всегда были и есть, я бы сказал так, люди этического действия – и люди корыстного действия. Однажды, изучая материалы по истории Челябы, я задумался и провел это разделение. Любопытно, что в памяти потомков, сквозь время остаются первые. Просто потому, что их действия – не от них только, они в унисон с этикой как порядком. А этический порядок – он и социум хранит, соответственно, социумом помнится".

"Я не турист. Турист верит гидам и путеводителям… А путешественник - это другая категория. Во-первых, ты никуда не спешишь. Приходишь на новое место, можешь осмотреться, пожить какое-то время, поговорить с людьми. Для меня общение по душам – это самое ценное в путешествии".

"В целом мире нет ничего больше кончика осенней паутинки, а великая гора Тайшань мала. Никто не прожил больше умершего младенца, а Пэнцзу умер в юном возрасте. Небо и Земля живут вместе со мной, вся тьма вещей составляет со мной одно".

"Я про Маленького принца всю жизнь думал. Ну не мог я его не снять! Были моменты, когда мальчики уставали, я злился, убеждал, уговаривал, потом ехал один на площадку и снимал пейзажи. Возможно, это одержимость..."

"Невероятная активность Запада во всем происходящем не имеет ничего общего ни со стремлением защищать права человека на Украине, ни с благородным желанием помочь «бедным украинцам», ни с заботой о сохранении целостности Украины. Она имеет отношение к геополитическим стратегическим интересам. И действия России – на мой взгляд – вовсе не продиктованы стремлением «защитить русских, украинцев и крымских татар», а продиктованы все тем же самым: геополитическими и национальными интересами".