Это интересно

МИХАИЛ ФОНОТОВ
Писатель, краевед

"Каждый раз, когда поднимаюсь на Нурали, на меня находит наваждение какой-то инородности или даже инопланетности. Сам хребет выглядит стадом огромных ископаемых животных, которые в глубоком сне лежат, прижавшись друг к другу. Он словно скован беспробудной задумчивостью, он каменно молчит, но кажется, что где-то внутри его тлеет очень медленное и едва угадываемое желание пробудиться".

АНДРЕЙ ЯНШИН

Можно ли всю жизнь прожить у реки и так и не побывать у ее истока? Конечно. Но побывать – лучше. Но зачем?

Вход в аккаунт

"Соответствовать сути музыки..."

Фото: Елена Дорощенкова
БОРИС ГРЕБЕНЩИКОВ
Музыкант, поэт

Встреча с Борисом Гребенщиковым, лидером группы «Аквариум», прошла 6 февраля в Атриуме Отдела личных коллекций ГМИИ им. А.С. Пушкина. Заявленная тема «О природе творчества и о поиске его внутри себя» на деле была дополнена разговорами о вере и Боге, гармонии и дисгармонии. Вел встречу художественный руководитель театра «Практика», кинорежиссер Иван Вырыпаев. Задавать свои вопросы БГ мог каждый желающий, пришедший на встречу. Публикуем выдержки из диалога БГ с аудиторией.

- Для чего нужно искусство и есть ли у него какая-то цель?

- Важно, чтобы каждое следующее поколение не было хуже предыдущего. Для этого нужно делиться опытом, передавать его. Нужно сделать так, чтобы каждое новое поколение могло быть к культуре причастным. Культура ноосферы – это как раз то пространство, куда мы погружаем души новых людей. Я помню, как моя мама вводила меня в ноосферу, чтобы я знал, как себя вести в жизни. Это и есть основная цель культуры - учить, как себя вести в жизни. Мы все учимся, начинаем что-то делать, и люди воспринимают то, что мы делаем, и это что-то передается дальше.

- При помощи этого обучения искусствам с человечеством должно что-то произойти – духовное осознание самого себя, попадание в рай, выполнение эволюционного процесса? Есть ли какое-то движение вперед?

- Известно, что когда человечество достигнет совершенства, оно прекратит свое существование, в том виде, в котором мы его знаем. У меня есть подозрение, что никакой цели нет, что никакого движения вперед нет, просто потому, что нет «вперед».

- Вы были на интервью с Владимиром Познером, и сказали ему: «Вы знаете, а я вообще не музыкант». Он воспринял это как кокетство, так как все знают вас как музыканта. Так кто же вы? И чем вы занимаетесь?

- Когда я был маленьким, я еще не был кем-то. Вероятно, я был человеком. Потом у меня начали возникать предпочтения. Та самая культура начала меня формировать. Я начал понимать, что, скажем, Бах мне нравится, а композитор какой-нибудь, который пишет песни для передачи «С добрым утром», мне нравится меньше.

Потом со мной примерно в 1963-1964 году случился шок от узнавания музыки, которая называлась рок-н-ролл. В конце 1965 года произошла встреча с группой «Битлз», которую тогда крутили по радиостанции «Голос Америки». И я понял, что со мной все ясно, я знаю, кто я, я знаю, зачем я. С тех пор все, что я хотел делать, – это находиться в состоянии этого экстатического счастья, которое мне создавала эта музыка.

Но просто находиться – это не интересно. Хочется и других познакомить с этим состоянием. Также хочется исполнить еще одну задачу – исполнить страсть к собственному творению. То есть, так как мы все сделаны по образу и подобию Господа Бога, имеем в себе главное качество Бога – быть творением, стать творчеством. И совмещение этого желания быть счастливым и творить, привело меня к тому, чем я занимаюсь – пишу песни, пою песни и живу соответствующим образом.

Простите, я всегда был не вежлив в отношении музыкантов, я их очень уважаю, но я их очень много знаю. И когда человек стоит на сцене и он прекрасен, талантлив, он гениально играет. Я думаю: «Вот это дар! Это же полубог!». И потом он выходит со сцены и идет в паб, или начинает говорить о том, что ему не додали зарплату за прошлый месяц. Я думаю: «Ну что же это такое!» Поэтому я не могу называть себя музыкантом. Я не дорос и перерос это слово. Мне не хочется быть музыкантом. Мне хочется быть человеком, который соответствует сути моей любимой музыки. А любимой музыки у меня очень много. Как это называется, я не знаю.

- Большинство людей воспринимают вас не только как человека, близкого к музыке, но и человека, у которого все-таки есть какой-то «message». Вы осознаете, что то, что вы делаете, имеет некоторое послание, что вы проводник?

- Да что вы, проводник?! Я дверь. Я косяк двери. Я пытаюсь вернуть людей к состоянию нахождения в общечеловеческой культуре. Там счастье. Мне хочется, чтобы мы не жили больше никогда в Советском Союзе, когда культура определялась рамками тех книг, которые изготовляли в стране. Они [рамки], как правило, были не такими уж широкими. Мне хочется, чтобы этого больше не повторялось, по возможности. От себя я ничего не добавляю. Я просто хочу вернуть людям то, что является их естественным наследством, - общечеловеческую культуру. А у нас ведь Лао-цзы был не то что запрещен, но не желателен. Чжуан-цзы – попробуй найди. Мне хочется, чтобы все это было достоянием.

- Когда вы приходили к своим духовным учителям (Шри Чинмой и другие), вы хотели чему-то научиться? Или вы всегда оставались на территории творчества и хотели у него взять что-то для творчества?

- Просто мне стало интересно «то» и «это». Один поп, будучи расстригой, анархист, он привел меня к православию… через «Короля Артура» и Толкиена. Как коня, вел меня, и сказал: «Хочешь, сходи сюда». И я понял, о чем речь. Мне страшно понравилось православие как религия. Это нежнейшая, прекраснейшая, великолепнейшая, таинственнейшая религия, которая позволяет русскому получить все, что нужно.

То же самое с тибетскими учителями - мне было страшно интересно, что у них есть. Я понимал, что это не то, что я ищу, но это подойдет мне. А потом выяснилось, что я ничего не ищу, мне просто интересно жить. И мне интересно попробовать и это, и это, потому что я знаю, что любая религия дает только одно: позволяет людям признаться себе, что кроме Бога ничего нет. И что земля и люди – это и глаза и уши, части тела и кожа Бога. Через каждого из нас Бог воспринимает Землю.

- Считаете ли вы, что сегодня художнику, актеру, музыканту необходимы духовные практики?

- Любое искусство – это духовная практика. Стоит перестать отделять свое искусство от духовной жизни всего человечества. И это есть моя претензия ко всем музыкантам. Они говорят «Богу Богово, а Кесарю Кесарево», а я тут на гитарке поиграю. Нет, дорогой, то, что ты играешь на гитарке, это то, о чем говорил Лао-цзы, это то, о чем говорил Христос, и поэтому уж будь добр, играй на гитарке так, чтобы за тебя было не стыдно.

- Вы глубоко ощущаете некоторую связь с божественным, как вы говорите, в искусстве. Это дар, который снисходит, или к этому нужно приложить усилие?

- Я думаю, что надо всем нужно работать. Дар этот, безусловно, есть у всех. Потому что если посмотреть в глаза каждому, любому человеку, то можно увидеть глаза Бога.

- А разве смысл и задача искусства не в том, чтобы помогать человеку раскрывать в себе вот эти божественные свойства?

- Это замечательная цель. Но как только я начинаю пытаться писать песню или что-то еще, имея в виду эту цель, это получается настолько скучно, картонно и шаблонно. Когда начинаешь позволять себя вести каким-то тайным потокам в том, что ты делаешь, тогда начинается настоящее творчество. От головы творчества никакого нет. Голова существует только для того, чтобы сориентироваться, где ручка, а где бумага. А все остальное – нужно постоянно учиться, в том числе у самого себя, учиться, как отбросить все существующие правила, как пойти поперек, как быть верным своему сердцу. Нужно следовать своему сердцу – это единственное, что нужно. Сердце напрямую связано с Богом, это наш орган чутья Бога. Если следовать сердцу, то находишь то, что все и искали.

- Профессия помогает человеку в творческом раскрытии, например, если ты не артист, а менеджер?

- Многие финансисты, с которыми я был знаком, признавались мне по секрету, что считают свою деятельность безумно творческой. И я абсолютно им верю. Многие бандиты, которые честно занимаются своим трудом, тоже творчески это делают. Иногда на мою долю дома выпадало мыть посуду. И я был этим недоволен. А потом заметил – это же безумно творческое дело – я борюсь с хаосом, я из грязных тарелок делаю чистые. Любое дело, которым человек занимается с душой, восстанавливает путь к сердцу. Все, что человек делает, вкладывая себя в это занятие целиком, это все творчество.

- У вас есть какие-то критерии насчет того, что такое «добро»?

- Тут-то мы и приходим к самому первому вопросу: что же такое культура? Культура неизвестным нам образом вкладывает в нас, обнаруживает в нас, формирует в нас, показывает нам, что правильно, а что нет. И поэтому человек, который вырос на музыке такой-то и такой-то, в принципе не будет склонен к поступку, которого он сам будет стыдиться. Культура закладывает основы этики.

- Вы говорите, что творчество – это дар. Но мы знаем также, что для многих творчество – это тяжелая ноша. Можно ли помочь таким людям?

- Если человек несет крест, то он несет крест. Он выбрал такой вид креста, и он выбрал такую форму служения. Но он может его и не нести, или может какую-то другую ношу взять.

- Вы много говорите о Боге. А Бог, по-вашему - это что?

- Бог – это источник всего света, всей любви, всего бытия. Это источник продолжающийся, бесконечный, источник, находящийся все времени, вне пространства. Время и пространство – это детские «загородочки», игра в куклы. Но только этой игре мы и обязаны своим существованием. А Бог – это все, что находится и в коробочке и за ее пределами. И если кто-то принимает наркотики, то он тоже ищет Бога, только не до конца понимает, как его искать. И пьют люди из-за того, что Бога ищут, и любят, и медитируют, потому что Бога ищут. А как только они понимают, что искать было нечего, так как кроме Бога все равно ничего нет, тут и начинается простая нормальная жизнь, которая стоит каждой секунды. К этому мы все и стремимся.

- Как вам кажется, может ли быть дисгармоничное творчество?

- Чайковский говорил о замечательной силе и необходимости диссонанса в музыке. Гармония есть гармония, но существует борьба между хаосом и порядком. Но как только одно из них победит, жизнь перестанет существовать. Я по секрету вам скажу, очень хочется писать светлые, замечательные, радостные песни. Но как только это светлое и радостное переходит какую-то границу, оно становится чудовищно банальным и скучным. Тут начинаешь понимать необходимость и силу дисгармонии.

- Мы живем во время, когда уже все практически изобретено. И нет запретных тем, мы имеем доступ к любой информации. Что нового можно принести в искусство?

- Человечество ничего нового никогда не изобретало. Все прошлое человечества всегда было об одном и том же. Человеческая деятельность крайне однообразна. Добиваемся мы всего одними и теми же путями. Но всегда почему-то находятся талантливые люди, у которых получается это сказать так, что ты забываешь о том, что это было сказано. Какой-нибудь Жак Превер, французский поэт, - что, до него никто про любовь не писал? Все писали про любовь! Но как-то он сказал об этом так, что думаешь: «Вот это да!» Если Бог тебе дал возможность чему-то научиться, что-то передать дальше, передавай спокойно. И не важно, каким образом, важно донести то, что ты хочешь донести.

 

Несмотря на то, что мероприятие в музее позиционировалось как лекция, БГ захватил с собой гитару и исполнил-таки «под занавес» несколько песен. «Петь лучше, чем говорить», - заключил он.

Атмосфера была приятная и спокойная. В зале собралось порядка двухсот человек, что придало событию некоторую камерность. Встреча была организована в рамках проекта «Практика. Персона» экспериментального театра «Практика», который договорился с ГМИИ им. А.С. Пушкина о регулярном проведении подобных мероприятий.

Записала Елена Дорощенкова

Источник: chaskor.ru

 

Вокруг

Интервью с режиссером Иваном Вырыпаевым

"У подлинного глубокого смеха ведь нет причин. Сама жизнь и есть его глобальная причина. Прошлым летом в Москву приезжал один индус, проводил занятия по йоге. В конце занятия он заставил всех смеяться. Он говорил: почему вам обязательно нужна причина для смеха? Вы можете искренне рассмеяться ни над чем? Ведь мы состоим из любви и юмора…"

Интервью с режиссером Иваном Вырыпаевым

"Искусством может заниматься лишь тот, кто умеет из ничего, из пустоты, из идей, из замыслов и чувств создать некий продукт, который можно показать другим и который тронет других до глубины души".

БГ - о православии, буддизме и истоках творчества

"У меня всегда существует огромное количество мыслей, идей, планов, и каждая новая песня, которую я пишу, в щепки разбивает все эти планы, не оставляет камня на камне от всех моих идей. Потому что я думаю и предполагаю, человек предполагает, но Бог располагает".

Интервью с Борисом Гребенщиковым

"Изменить что-то в своей жизни можем только мы сами, делая то, что умеем, и выкладываясь по максимуму. А просить чего-то у власти – не знаю, мне это кажется немного неприличным".

В этом разделе вы можете познакомиться с нашими новыми книгами и заказать их доставку в любую точку России. Добро пожаловать!

Шесть книг Издательского дома "Мой Город" стали победителями VIII областного конкурса «Южноуральская книга-2015». Всего на конкурс было представлено более 650 изданий, выпущенных в 2013-2015 годах.

Теперь каждый желающий может познакомиться с книгами ИД "Мой Город" (Издательство Игоря Розина) и купить их в электронном виде. Для этого достаточно пройти по ссылке.

Издательский дом «Мой Город» выполнит заказы на изготовление книг, иллюстрированных альбомов, презентационных буклетов, разработает узнаваемый фирменный стиль и т.д.

Украшения ручной работы

Эта детская книжечка - вполне "семейная". Автор посвятил ее своим маленьким брату и сестричке. И в каком-то смысле она может служить эталоном "фамильной книги", предназначенной для внутреннего, семейного круга, но - в силу своей оригинальности - интересной и сторонним людям.

История, рассказанная в этой очень необычно оформленной книге, действительно может быть названа «ботанической», поскольку немало страниц в ней посвящено описанию редких для нас южных растений. Впрочем, есть достаточно резонов назвать ее также «детективной», или «мистической», или «невыдуманной».

Сборник рассказов московского писателя Сергея Триумфова включает страстные лирические миниатюры, пронзительные и яркие психологические истории и своеобразные фантазии-размышления на извечные темы человеческого бытия.

Книга прозы Александра Попова (директора челябинского физико-математического лицея №31) «Судный день» – это своего рода хроника борьбы и отчаяния, составленная человеком, прижатым к стенке бездушной системой. Это «хождения по мукам» души измученной, но не сломленной и не потерявшей главных своих достоинств: умения смеяться и радоваться, тонуть в тишине и касаться мира – глазами ребенка.

Со страниц этого сборника звучит голос одного сада. Одного из многих. Потому что он жив и существует – благодаря одному человеку, автору этой книжки. И в то же время через эти стихи словно бы говорят все сады, все цветы, все деревья и травы мира. Может быть потому, что подлинная поэзия – универсальна и не имеет границ.

Роберто Бартини - человек-загадка. Кем он был - гениальным ученым, на века опередившим свое время, мыслителем от науки, оккультным учителем? Этот материал - только краткое введение в судьбу "красного барона".

"Люди спрашивают меня, как оставаться активным. Это очень просто. Считайте в уме ваши достижения и мечты. Если ваших мечтаний больше, чем достижений – значит, вы все еще молоды. Если наоборот – вы стары..."

"Отец Александр [Мень] видел, что каждый миг жизни есть чудо, каждое несчастье – священно, каждая боль – путь в бессмертие. А тем более цветок или дерево – разве не чудо Божье? Он говорил: если вам плохо, пойдите к лесу или роще, возьмите в руку ветку и так постойте. Только не забывайте, что это не просто ветка, а рука помощи, вам протянутая, живая и надежная..."

"Всего Капица написал Сталину 49 писем! Сталин не отвечал, но когда Капица, не понимая такой невоспитанности, перестал ему писать, Маленков позвонил Капице и сказал: «Почему вы не пишете Сталину, он ждет новых писем». И переписка (односторонняя) возобновилась".

"Через цвет происходит таинственное воздействие на душу человека. Есть святые тайны - тайны прекрасного. Понять, что такое цвет картины, почувствовать цвет – все равно, что постигнуть тайну красоты".

"...Ненависть, если и объединяет народ, то на очень короткое время, но потом она народ разобщает еще больше. Неужели мы будем патриотами только из-за того, что мы кого-то ненавидим?"

"Внутреннее горение. Отказ от комфорта материального и духовного, мучительный поиск ответов на неразрешимые вопросы… Где все это в современном мире? Наше собственное «я» закрывает от нас высшее начало. Ведь мы должны быть свободными во всех своих проявлениях. Долой стеснительность!.."

"В 1944 году по Алма-Ате стали ходить слухи о каком-то полудиком старике — не то гноме, не то колдуне, — который живет на окраине города, в земле, питается корнями, собирает лесные пни и из этих пней делает удивительные фигуры. Дети, которые в это военное время безнадзорно шныряли по пустырям и городским пригородам, рассказывали, что эти деревянные фигуры по-настоящему плачут и по-настоящему смеются…"

"Для Beatles, как и для всех остальных в то время, жизнь была в основном черно-белой. Я могу сказать, что ходил в школу, напоминавшую Диккенса. Когда я вспоминаю то время, я вижу всё черно-белым. Помню, как зимой ходил в коротких штанах, а колючий ветер терзал мои замерзшие коленки. Сейчас я сижу в жарком Лос-Анджелесе, и кажется, что это было 6000 лет назад".

"В мире всегда были и есть, я бы сказал так, люди этического действия – и люди корыстного действия. Однажды, изучая материалы по истории Челябы, я задумался и провел это разделение. Любопытно, что в памяти потомков, сквозь время остаются первые. Просто потому, что их действия – не от них только, они в унисон с этикой как порядком. А этический порядок – он и социум хранит, соответственно, социумом помнится".

"Я не турист. Турист верит гидам и путеводителям… А путешественник - это другая категория. Во-первых, ты никуда не спешишь. Приходишь на новое место, можешь осмотреться, пожить какое-то время, поговорить с людьми. Для меня общение по душам – это самое ценное в путешествии".

"В целом мире нет ничего больше кончика осенней паутинки, а великая гора Тайшань мала. Никто не прожил больше умершего младенца, а Пэнцзу умер в юном возрасте. Небо и Земля живут вместе со мной, вся тьма вещей составляет со мной одно".

"Я про Маленького принца всю жизнь думал. Ну не мог я его не снять! Были моменты, когда мальчики уставали, я злился, убеждал, уговаривал, потом ехал один на площадку и снимал пейзажи. Возможно, это одержимость..."

"Невероятная активность Запада во всем происходящем не имеет ничего общего ни со стремлением защищать права человека на Украине, ни с благородным желанием помочь «бедным украинцам», ни с заботой о сохранении целостности Украины. Она имеет отношение к геополитическим стратегическим интересам. И действия России – на мой взгляд – вовсе не продиктованы стремлением «защитить русских, украинцев и крымских татар», а продиктованы все тем же самым: геополитическими и национальными интересами".