Это интересно

МИХАИЛ ФОНОТОВ
Писатель, краевед

"Каждый раз, когда поднимаюсь на Нурали, на меня находит наваждение какой-то инородности или даже инопланетности. Сам хребет выглядит стадом огромных ископаемых животных, которые в глубоком сне лежат, прижавшись друг к другу. Он словно скован беспробудной задумчивостью, он каменно молчит, но кажется, что где-то внутри его тлеет очень медленное и едва угадываемое желание пробудиться".

АНДРЕЙ ЯНШИН

Можно ли всю жизнь прожить у реки и так и не побывать у ее истока? Конечно. Но побывать – лучше. Но зачем?

Вход в аккаунт

"У молодого человека, который не читает, нет перспективы..."

"У молодого человека, который не читает, нет перспективы..."
ПАВЕЛ БАСИНСКИЙ
Писатель, журналист
Текст: Олеся Горюк

 

Приезд Павла Басинского в наш город стал возможен благодаря фестивалю «Открытая книга». Известный журналист, литературовед, бескомпромиссный критик (немного обиженный Пелевин вывел его в образе критика Бесинского в «Generation П») шесть лет назад стал писателем.

Широкую известность Павлу Валерьевичу принесла книга «Лев Толстой: бегство из рая», ставшая не только бестселлером, но и лауреатом премии «Большая книга». Удивительное дело: биография читается как роман, хотя в ней нет ни слова вымысла, только факты. Не меньший интерес представляет и книга о Горьком «Страсти по Максиму».

А совсем недавно на полках книжных магазинов появился художественный роман Павла Басинского «Полуденный бес» – интересная попытка объединить в одном произведении все жанры русского романа.

 

- Павел Валерьевич, на днях вам исполнилось 50 лет. Захар Прилепин на одной из фестивальных встреч так обрисовал вашу жизнь: сначала Басинский разносил в пух и прах всех писателей. Вдруг в его судьбе случился переворот, и он начал сам писать книги. Так что же это за переворот?

- У меня было два ухода из критики. С 1981 года я печатал достаточно резкие рецензии в «Литературной газете». И вдруг понял, что меня натравливают на маленьких писателей. Они действительно плохо писали, но были и очень известные литераторы, которые тоже писали плохо. Трогать их было нельзя, потому что они или являлись секретарями Союза писателей, или проводили партийную линию.

С 1986 года я перестал печататься как критик, просто ушел из этой профессии, начав преподавать в Литературном институте. В 1991 году меня вновь зовут в «Литературную газету». Вот тут уж я писал разносные статьи почти в каждый номер, благодаря чему за мной закрепилось амплуа очень жестокого критика. В 90-е годы писатели разбились на два лагеря: либералы и консерваторы. Я и тех, и других щипал: Приставкина и Распутина, Проханова и Аксенова.

А про то, что говорил Захар… да не было никакого переворота! Просто в определенный момент понимаешь, что критика – дело молодое. Критик должен быть абсолютно свободен и одинок. А с возрастом начинаешь в писателях видеть людей и жалеть их. Думаешь: ну, разнесешь ты его. А кому от этого станет легче? Знаю примеры, когда и в 60, и в 70 лет продолжают быть критиками. Но я-то вижу, как такие критики зависимы – не от цензуры, а от личных отношений с писателями.

- Критике в России доверяют?

- У нас она не работает. Если критик в Англии, в Америке или во Франции разругал какую-то книгу, она не будет переиздаваться, у нее не будет успеха. Там критикам доверяют. У нас есть только один критик-эксперт – Лев Данилкин в «Афише». Молодежь читает Данилкина и как-то верит ему.

- За что вы не любите постмодернизм?

- Я не могу его отрицать, как нельзя отрицать погоду. В 90-е годы на нашем культурном дворе стоял постмодернизм. Но меня очень сильно разозлило, что многие стали писать: «реализм – труп». Дескать, теперь будет процветать только эксперимент, игры литературные и так далее. Я прекрасно понимаю, что ствол русского искусства – реализм. Это факт, признанный во всем мире.

Кроме того, я понимаю психологию читательского восприятия. Оно на определенном этапе устает от экспериментов и даже просто от длинных фраз, которыми грешат наши стилисты. Нормальный читатель хочет, чтобы ему рассказывали историю. В общем, за мной утвердилась слава ортодокса реализма. А я прекрасно понимал, что пройдет лет десять, и погода поменяется. Так и получилось.

Смотрите, какие писатели сегодня имеют наибольшие продажи: Захар Прилепин, Людмила Улицкая, Дина Рубина. Другое дело, что есть Виктор Пелевин, который пишет очень необычным стилем. Но из раскупаемых писателей он один такой.

Люди не хотят экспериментов в области искусства, как не хотят их и в социальной жизни.

- В вашей книге «Лев Толстой: бегство из рая» вся биография великого писателя разворачивается вокруг его ухода из Ясной Поляны. В то же время вы пишете, что Толстой ровно ничего не хотел сказать этим поступком. Стоило ли в таком случае уделять этому так много внимания?

- Первый раз я попал в Ясную Поляну, когда мне было 19 лет. Я вдруг физически почувствовал, что попал в особый мир, где совершенно по-другому выстраиваются мысли. Все, что тебя заботило, кажется суетным, отпадает после того, как ты прошел белые столбы у въезда в усадьбу. Сразу начинаешь думать о чем-то главном. Потом я понял, в чем дело: это место намолено Толстым. Он так много думал, гуляя по Ясной, что там каждое дерево пропитано его мыслями.

И вот из этого замечательного места Толстой, 82-летний старик, бежал. Представляю себе, как он холодной осенью (конец октября) в коляске ехал по колдобинам. Что меня всегда потрясало: неизвестно, куда ехал Толстой. Он просто уходил в никуда и умер на маленькой станции Астапово. Туда надо приехать, чтобы понять весь пронзительный трагизм смерти Толстого.

Я начал свое расследование. Стал поднимать все материалы, архивы, газетные источники. Здесь совпали мои писательские интересы и журналистская практика. Шаг за шагом проследил, куда и зачем Толстой ехал. Мне хотелось не просто умом понять, а прочувствовать этот уход самому.

- Вы попутно излагаете всю биографию Толстого.

- Она возникла как попытка объяснить уход. Я сначала хотел писать книгу только о десяти днях бегства, но потом понял, что многое просто не объяснишь. Вот Толстой бежит от жены, а почему? Необходимо рассказать всю семейную историю. Толстой с детства, с пеленок не принимал никакого насилия над собой. И если бы его родные это понимали, то, может быть, и не было бы ухода. Первое воспоминание Толстого: его пеленают, а он кричит и противится.

- Так сейчас почти все педиатры говорят о вреде пеленания.

- Я уже даже и не знаю, что лучше. Мы своих детей, начиная со старшего, не пеленали. А в результате дети вырастают какими-то дико разболтанными. Неприятие насилия – это, конечно, хорошо. Но где грань между насилием и разболтанностью? Толстой-то ведь сам себя ограничивал. Он не принимал внешнего насилия, но над собой он такое насилие производил!

- А что за маниакальное стремление фиксировать свой каждый шаг в дневнике?

- В XIX веке было принято вести дневники. Их писали в том числе никому неизвестные люди, и сейчас эти дневники издаются и они безумно интересны. Это была литературная культура. Люди умели литературно писать, их учили этому в гимназиях. Толстой, ведя дневники вроде бы для себя, прекрасно понимал, что эти дневники будут читать. Лев Николаевич беспредельно искренен, беспощаден к себе, выискивает грехи. Но он одновременно думает, что этот дневник будет полезен для людей: «Они увидят, что даже такого ничтожного человека, как я, не оставил Бог».

- Вы написали книгу «штурмом», всего за год. По этому поводу ваша жена шутила, что с детьми Толстого вы проводите больше времени, чем со своими собственными.

- Когда ты с наскока нападаешь на писателя, берешь самые вкусные факты его биографии. Это как первая любовь, понимаете? Ты очарован девушкой. А когда она твоя жена и ты с ней прожил 50 лет, у тебя уже другие отношения, лишенные романтизма.

- Какие уроки можно извлечь современному человеку из отношений Софьи и Льва Толстых?

- Даже в отношениях самых близких людей, мужа и жены, должны оставаться зоны свободы одного и второго, на которые не надо посягать. Не надо молодому человеку рассказывать своей невесте все, что у него было до свадьбы – это величайшая ошибка. Говори будущей жене: ты у меня первая. Ври! Потом обнаружатся скелеты в шкафу, даже, не дай бог, внебрачные дети. Но вы уже приживетесь друг к другу.

Толстой дал невесте свои ранние дневники, где были описаны все его сексуальные похождения, на самом деле, очень немногочисленные. У любого студента в то время их было больше. Но Толстой был нравственный, он страдал. Сходит к проститутке, а потом страдает от этого страшно. Софью Андреевну, которая была очень впечатлительна, дневники обидели. И особенно обидело то, что в Ясной Поляне, оказывается, живет внебрачный сын Льва Николаевича.

Об этом сыне она узнала, когда ждала первенца. Думала: «Как муж будет счастлив видеть своего первого ребенка!» А в этот момент оказывается, что у него уже есть ребенок, и он живет здесь, в Ясной Поляне. Конечно, это очень отрицательно на нее повлияло. Но и дальше они читали дневники друг друга.

Я простую вещь скажу: не лезьте в чужую электронную почту никогда. Если знаете, что у вашей второй половины есть склонность к прочтению писем, меняйте пароли.

- Лев Толстой – литературный гений или философ?

- Есть глупое убеждение, что Толстой – великий художник и не очень хороший мыслитель. Я тоже посмеивался над вегетарианством Толстого вслед за Лениным. Но когда стал читать дневники Толстого и воспоминания, понял, откуда его вегетарианство происходит: в первой половине жизни Толстой был страстным охотником.

Его идея «нельзя наказывать смертью» казалась очень эксцентричной в начале века. А сегодня посмотрите: Россия и Европа отказались от смертной казни. Толстой ведь не просто так это придумал – он стал выяснять, кто казнит. Был один палач, которого возили по всем губерниям. Остальные, воспитанные по-христиански, не могли убивать. И вдруг возникла конкуренция на палачество. Потом – тысячи расстрелов, откуда эти палачи взялись? А потому, что посмеялись над Толстым, и уже стало можно. А если можно убить десять человек, почему нельзя миллион уничтожить? Дальше уже начинается арифметика.

- На фестивальных встречах вы много говорили об отношениях Толстого и русской православной церкви. Готовите к печати книгу «Лев Толстой и Иоанн Кронштадский». Почему вас так задевает эта тема?

- Разумеется, церковь, полностью отрицаемая Толстым, не может его принять. Но, на мой взгляд, за те сто лет, которые прошли, отношение к Толстому и к этому конфликту должно измениться. Церковь должна подходить к нему более культурно, чем это было в начале века.

Когда Сергей Степашин, председатель Счетной палаты и президент Книжного союза, обратился с письмом к патриарху Кириллу, Кирилл передал письмо Тихону Шевкунову. Ответ отца Тихона, опубликованный в «Российской газете», меня поразил. Он более жесткий по отношению к Толстому, чем определение синода 1901 года. Сто десять лет назад Толстого, по крайней мере, не считали разрушителем России. А Тихон фактически винит его в революции 1917 года.

Вопрос отношения церкви к Толстому для верующего человека очень серьезный. Сегодня много воцерковленных людей и тех, которые считают себя верующими, но не могут пойти в церковь по разным причинам. Церковь говорит, что это неверующие люди, жестко отсекает их. Мне кажется, это неправильно.

- Без каких произведений Толстого человек не может состояться как личность?

- У молодого человека, который не читает, не будет перспективной жизни – ребята, я вам обещаю. Вы будете занимать низкие места на социальной лестнице. Весь мир про это уже знает, Россия пока нет. В Америке говорят: есть две категории людей. Одни делают то, что мы видим в телевизоре, а другие смотрят то, что им показывают. Те, кто делает, читали книги и умеют писать. Для ток-шоу нужно написать сценарий. Политику, чтобы уметь хорошо говорить, нужно обладать литературным талантом. А создатели сериалов уже сегодня задыхаются: нет хороших сценариев. Все рано или поздно замыкается на тексте, он первичен по отношению к любым формам творчества.

 

Источник: mediazavod.ru

 

30.06.2013

Компания ABBYY и Государственный музей Л.Н. Толстого объявили о проекте «Весь Толстой в один клик». Цель - оцифровать полное собрание сочинений писателя и выложить его в свободный доступ в интернете.

16.11.2012

Визит в Челябинск Великой княгини Марии Владимировны Романовой начался с экскурсии по Кировке. Затем она побывала в краеведческом музее, в саду камней, галерее «Каменный пояс» и на торжественном обеде у губернатора. Программу первого дня визита завершала встреча в ЮУрГУ.

О "Днях высокой музыки" и финансировании культуры на Урале
29.02.2012

"На какие же культурные проекты выделяется финансирование? Очень многие из них как-то связаны с авторитетными столичными культурными организациями или знаменитостями. Это оправдано. А что же местные таланты? Наши культуртрегеры, какими бы замечательными и квалифицированными ни были, мало интересуют распорядителей кредитов".

Интервью с Юрием Бобковым
21.11.2011

"То, что делают сегодня с «Манекеном», – это чума, убийство, а пировать во время чумы – грех. Я хотел сделать антиюбилей с горящими бочками перед театром, с полевой кухней. С пожарными не договорились. А банкетировать не буду – неприлично".

Интервью с Александром Пантыкиным
23.09.2011

"Я считаю, что каждый человек талантлив и каждому человеку дан некий дар. Некоторые этот дар распознают, развивают и употребляют по назначению, а другие его закапывают, в результате чего получают массу проблем".

Интервью с поэтом и ученым Александром Городницким
19.09.2011

Он очень любит шутить о своем возрасте. «Милые дамы, кто хочет сфотографироваться с чучелом барда, милости прошу на сцену». Аккомпаниатор Городницкого, 28-летний Михаил Гантман, рад каждому дню, проведенному в обществе мэтра: «Никогда не знаешь, чего от него ждать. Он такие байки и анекдоты рассказывает, что их записываешь – и потом в любой компании ты король с этими историями».

В этом разделе вы можете познакомиться с нашими новыми книгами и заказать их доставку в любую точку России. Добро пожаловать!

Шесть книг Издательского дома "Мой Город" стали победителями VIII областного конкурса «Южноуральская книга-2015». Всего на конкурс было представлено более 650 изданий, выпущенных в 2013-2015 годах.

Теперь каждый желающий может познакомиться с книгами ИД "Мой Город" (Издательство Игоря Розина) и купить их в электронном виде. Для этого достаточно пройти по ссылке.

Издательский дом «Мой Город» выполнит заказы на изготовление книг, иллюстрированных альбомов, презентационных буклетов, разработает узнаваемый фирменный стиль и т.д.

Украшения ручной работы

Эта детская книжечка - вполне "семейная". Автор посвятил ее своим маленьким брату и сестричке. И в каком-то смысле она может служить эталоном "фамильной книги", предназначенной для внутреннего, семейного круга, но - в силу своей оригинальности - интересной и сторонним людям.

История, рассказанная в этой очень необычно оформленной книге, действительно может быть названа «ботанической», поскольку немало страниц в ней посвящено описанию редких для нас южных растений. Впрочем, есть достаточно резонов назвать ее также «детективной», или «мистической», или «невыдуманной».

Сборник рассказов московского писателя Сергея Триумфова включает страстные лирические миниатюры, пронзительные и яркие психологические истории и своеобразные фантазии-размышления на извечные темы человеческого бытия.

Книга прозы Александра Попова (директора челябинского физико-математического лицея №31) «Судный день» – это своего рода хроника борьбы и отчаяния, составленная человеком, прижатым к стенке бездушной системой. Это «хождения по мукам» души измученной, но не сломленной и не потерявшей главных своих достоинств: умения смеяться и радоваться, тонуть в тишине и касаться мира – глазами ребенка.

Со страниц этого сборника звучит голос одного сада. Одного из многих. Потому что он жив и существует – благодаря одному человеку, автору этой книжки. И в то же время через эти стихи словно бы говорят все сады, все цветы, все деревья и травы мира. Может быть потому, что подлинная поэзия – универсальна и не имеет границ.

Роберто Бартини - человек-загадка. Кем он был - гениальным ученым, на века опередившим свое время, мыслителем от науки, оккультным учителем? Этот материал - только краткое введение в судьбу "красного барона".

"Люди спрашивают меня, как оставаться активным. Это очень просто. Считайте в уме ваши достижения и мечты. Если ваших мечтаний больше, чем достижений – значит, вы все еще молоды. Если наоборот – вы стары..."

"Отец Александр [Мень] видел, что каждый миг жизни есть чудо, каждое несчастье – священно, каждая боль – путь в бессмертие. А тем более цветок или дерево – разве не чудо Божье? Он говорил: если вам плохо, пойдите к лесу или роще, возьмите в руку ветку и так постойте. Только не забывайте, что это не просто ветка, а рука помощи, вам протянутая, живая и надежная..."

"Всего Капица написал Сталину 49 писем! Сталин не отвечал, но когда Капица, не понимая такой невоспитанности, перестал ему писать, Маленков позвонил Капице и сказал: «Почему вы не пишете Сталину, он ждет новых писем». И переписка (односторонняя) возобновилась".

"Через цвет происходит таинственное воздействие на душу человека. Есть святые тайны - тайны прекрасного. Понять, что такое цвет картины, почувствовать цвет – все равно, что постигнуть тайну красоты".

"...Ненависть, если и объединяет народ, то на очень короткое время, но потом она народ разобщает еще больше. Неужели мы будем патриотами только из-за того, что мы кого-то ненавидим?"

"Внутреннее горение. Отказ от комфорта материального и духовного, мучительный поиск ответов на неразрешимые вопросы… Где все это в современном мире? Наше собственное «я» закрывает от нас высшее начало. Ведь мы должны быть свободными во всех своих проявлениях. Долой стеснительность!.."

"В 1944 году по Алма-Ате стали ходить слухи о каком-то полудиком старике — не то гноме, не то колдуне, — который живет на окраине города, в земле, питается корнями, собирает лесные пни и из этих пней делает удивительные фигуры. Дети, которые в это военное время безнадзорно шныряли по пустырям и городским пригородам, рассказывали, что эти деревянные фигуры по-настоящему плачут и по-настоящему смеются…"

"Для Beatles, как и для всех остальных в то время, жизнь была в основном черно-белой. Я могу сказать, что ходил в школу, напоминавшую Диккенса. Когда я вспоминаю то время, я вижу всё черно-белым. Помню, как зимой ходил в коротких штанах, а колючий ветер терзал мои замерзшие коленки. Сейчас я сижу в жарком Лос-Анджелесе, и кажется, что это было 6000 лет назад".

"В мире всегда были и есть, я бы сказал так, люди этического действия – и люди корыстного действия. Однажды, изучая материалы по истории Челябы, я задумался и провел это разделение. Любопытно, что в памяти потомков, сквозь время остаются первые. Просто потому, что их действия – не от них только, они в унисон с этикой как порядком. А этический порядок – он и социум хранит, соответственно, социумом помнится".

"Я не турист. Турист верит гидам и путеводителям… А путешественник - это другая категория. Во-первых, ты никуда не спешишь. Приходишь на новое место, можешь осмотреться, пожить какое-то время, поговорить с людьми. Для меня общение по душам – это самое ценное в путешествии".

"В целом мире нет ничего больше кончика осенней паутинки, а великая гора Тайшань мала. Никто не прожил больше умершего младенца, а Пэнцзу умер в юном возрасте. Небо и Земля живут вместе со мной, вся тьма вещей составляет со мной одно".

"Я про Маленького принца всю жизнь думал. Ну не мог я его не снять! Были моменты, когда мальчики уставали, я злился, убеждал, уговаривал, потом ехал один на площадку и снимал пейзажи. Возможно, это одержимость..."

"Невероятная активность Запада во всем происходящем не имеет ничего общего ни со стремлением защищать права человека на Украине, ни с благородным желанием помочь «бедным украинцам», ни с заботой о сохранении целостности Украины. Она имеет отношение к геополитическим стратегическим интересам. И действия России – на мой взгляд – вовсе не продиктованы стремлением «защитить русских, украинцев и крымских татар», а продиктованы все тем же самым: геополитическими и национальными интересами".