Это интересно

МИХАИЛ ФОНОТОВ
Писатель, краевед

"Каждый раз, когда поднимаюсь на Нурали, на меня находит наваждение какой-то инородности или даже инопланетности. Сам хребет выглядит стадом огромных ископаемых животных, которые в глубоком сне лежат, прижавшись друг к другу. Он словно скован беспробудной задумчивостью, он каменно молчит, но кажется, что где-то внутри его тлеет очень медленное и едва угадываемое желание пробудиться".

АНДРЕЙ ЯНШИН

Можно ли всю жизнь прожить у реки и так и не побывать у ее истока? Конечно. Но побывать – лучше. Но зачем?

Вход в аккаунт

Сделавший себя сам

Сделавший себя сам
ГЕРБЕРТ ГУВЕР (1874-1964)
31-й президент США
Текст: Михаил Фонотов

Случилось так, что интерес О.Ю. Афанасьевой – педагога (доктора педагогических наук), филолога (кандидата филологических наук) и заведующей кафедрой английской филологии в Челябинском государственном педагогическом университете – одно время сосредоточился на фигуре 31-го президента США Герберта Гувера…

- Ольга Юрьевна, скажите, пожалуйста, как в вашу жизнь вошел президент Гувер? Ведь это чистая случайность?

- Как-то лет пятнадцать назад доктор исторических наук, профессор А.Б. Цфасман в разговоре упомянул имя Гувера и сказал, что в начале прошлого века тот бывал в Кыштыме. Мои друзья в США по моей просьбе стали искать и высылать мне монографии, биографическую литературу, мемуары по заинтересовавшей меня теме. Тогда же я опубликовала несколько статей в научных сборниках, местной прессе, статью в «Энциклопедии Челябинской области».

От автора. Сразу уточню: президент Гувер в Кыштым не приезжал. В Кыштым приезжал Герберт Гувер – горный инженер, набирающий обороты бизнесмен, человек, много поездивший по миру. Кыштым для него – одна из многих географических точек. Впрочем, за три года до смерти Гувера его тень вновь мелькнула в районе Кыштыма. Там был сбит американский самолет У-2, а у пилота обнаружили карту из архива Гувера. Оказывается, еще в 1911 году по его заказу карту подготовило общество любителей естествознания из Екатеринбурга. Ровно через 50 лет она пригодилась американским разведчикам. Карт новее и точнее у них не было.

- Ольга Юрьевна, пожалуйста, подробности.

- Гувер родился в очень бедной квакерской семье в штате Айова, рано остался сиротой, но достиг невиданных высот – стал президентом США. В его биографии примечательно то, что его президентский срок пришелся как раз на годы Великой депрессии, начавшейся в 1929 году.

Так получилось, что этот доселе очень успешный человек, эффективный менеджер, сумевший зарекомендовать себя в самых различных сферах – в горном деле, дипломатии, политике, на государственной службе, в гуманитарной деятельности, – не справился с экономической ситуацией в годы депрессии.

- Да, фигура огромная, но нас, прежде всего, интересуют точки соприкосновения Гувера с Россией, с Уралом. Тот же факт: Гувер бывал в Кыштыма. Что это значит?

- По профессии Гувер – горный инженер. Он активно участвовал в организации, технической реконструкции и финансировании различных горно-промышленных предприятий. В начале ХХ века Кыштымские заводы были акционированы, но для их развития не хватало финансовых средств. В конце 1908 года была создана британская акционерная компания «Общество Кыштымских заводов», которая должна была приобрести основной акционерный капитал этих убыточных российских предприятий. Во главе этой компании стоял уже хорошо известный в России Лесли Уркварт, шотландский инженер и предприниматель. Уркварт пригласил своего партнера Герберта Гувера, и тот поначалу занимался лишь финансовой стороной предприятия, не столько вкладывая свои деньги, сколько привлекая инвестиции извне.

- И все-таки, насколько я знаю, в Кыштыме он не находил большой выгоды. Там он, как говорится, не разбогател.

- Ну, это как сказать… В январе 1912 года Гувер стал одним из директоров «Общества Кыштымских заводов», и вскоре – как выполнивший свою задачу- был ликвидирован так называемый кыштымский пул, объединявший около одного миллиона акций Кыштымских заводов. В исторической литературе есть упоминания о том, что после ликвидации пула Гувер получил приблизительно 100 тыс. долларов – огромные по тем временам деньги.

На тот момент производство в Кыштыме в техническом отношении было одним из самых передовых в своей отрасли в мировом масштабе. И, конечно, Гувер не мог не осознавать перспективы дальнейшего развития кыштымских предприятий (как говорят его биографы, он уже стал проявлять интерес к чисто производственным проблемам), но наступил 1914 год, а там уже близилась революция 1917 года. В 1916 году он был вынужден продать весь свой акционерный капитал в России. Гувер был талантливым бизнесменом и к сорока годам уже стал миллионером…

- Ольга Юрьевна, может быть, самый громкий и в то же время противоречивый эпизод в жизни Гувера – его помощь голодающим в начале 20-х годов. В этой работе раскрыть Гувера, мне кажется, не очень просто. Ни для кого не секрет, что он откровенно ненавидел советскую власть.

- Да, он был убежденным антикоммунистом. Именно ему принадлежат слова: «Большевизм – хуже, чем война».

- И в то же время он помогал голодающим Советской России. И делал это принципиально. Вопреки многим другим, которые считали, что помогать не надо – пусть, мол, эта мятежная страна погибает, как хочет. Но Гувер добился того, что через океан пошли в Поволжье и другие бедствующие районы России потоки продовольствия. Была создана система помощи, и Гувер ею занимался не один год. Как это объяснить?

- Чтобы понять мотивы, которые двигали Гувером, надо вернуться в его детство и понять основы семейного «квакерского» воспитания. Первая гуманитарная миссия, которой он руководил, имела место в 1914 году, и эту миссию он взял на себя. Когда началась Первая мировая война, Гувер был в Лондоне, где находился офис его фирмы. Тогда тысячи американцев оказались в Европе в ситуации внезапно начавшейся войны: без документов, без билетов и денег они не могли вернуться домой. Гувер вместе со своей женой и единомышленниками осуществил грандиозную акцию по сбору средств, оформлению документов и отправке соотечественников в США.

- Та ситуация была проще, однозначнее.

- Безусловно. Но именно в той ситуации стал складываться и заработал механизм гуманитарной деятельности, который он затем применял не один раз. Следующей гуманитарной миссией Гувера стала помощь голодающим Бельгии, она сделала его известным во всем мире. А потом, когда Гувер вернулся из Европы в США, президент Вудро Вильсон назначил его главой Американской администрации помощи (АРА), которая действовала в том числе в России.

- В отношении к Советской России он предлагал не насилие, не вооруженное вмешательство, а именно помощь.

- Когда Максим Горький обратился к Западу с просьбой о помощи голодающим, в том числе детям, проявилась, прежде всего, гуманистическая составляющая многогранной личности Гувера. Хотя ни сам Гувер, ни другие организаторы и участники миссии не скрывали ее увязку с политическими интересами США.

- А какая политическая выгода могла быть?

- Помощь выступала в том числе и как один из инструментов политического давления на большевистское правительство. Например, Гувер требовал, чтобы из советских тюрем были освобождены все находившиеся в заключении граждане США.

- Гувер имел в виду завоевание симпатий советского народа помимо правительства России? Ведь он был ярым сторонником американской модели и считал ее лучшей в мире формой государственного устройства. И он ее как мог пропагандировал. Он хотел показать народу Советской России, какая Америка богатая и добрая страна.

- Пропагандистские мотивы нельзя отрицать. Но, прежде всего, Гувер-антикоммунист верил: если голод будет побежден, то народ «очнется» и свергнет большевистское правительство. Важно также и то, что он руководствовался как государственными интересами, так и интересами бизнеса. Америка помогала голодающей России потому, что это было средством избавления от излишков продовольственной продукции и, как следствие, от необходимости снижать на нее цену в самих США.

- Да, голодным переправлялись излишки продовольствия, которые были вредны экономике США. От них надо было избавляться. Но во все это надо было ввязаться. Нанять пароходы, загрузить их, отправить через океан, а на месте толково распорядиться привезенным.

- К этому времени Гувер и его специалисты уже разработали и не раз опробовали механизм доставки и распределения гуманитарной помощи, который действовал бесперебойно.

От автора. Гувер убеждал конгрессменов так: «Продовольствие, которое мы хотим направить в Россию, является излишком в Соединенных Штатах. Мы сейчас скармливает молоко свиньям, сжигаем кукурузу в топках. С экономической точки зрения посылка этого продовольствия для помощи не является потерей для Америки».

Да, США затоварились зерном. Европа воевала, ее рынки закрылись. Это грозило падением цен, разорением американских фермеров, кризисом в сельском хозяйстве США. Уничтожать излишки – не по-хозяйски. Из них можно было извлечь если не экономическую, то политическую выгоду. На этом и настаивал Гуверт: АРА продемонстрирует эффективность американской модели. Так оно и было.

Летом 1922 года Гувер докладывал президенту Гардингу: 200 американцев и 80 тысяч нанятых ими русских, работая в 15 700 столовых и распределительных пунктах, кормили 3250 тысяч детей и 5300 тысяч взрослых.

Но ничто не сравнить с эффектом, который производили на голодных людей продовольственные посылки. Расчет как раз и был на эффект, потому что посылки содержали еду высшего сорта. Даже и сам ящик выглядел необычно – из струганых досок, весь обклеенный яркими буквами, с флагом на крышке. А под крышкой – банки сгущеного молока, сало, точнее, бекон, мука, длинные макароны, сахар кусочками, рис. Конечно, это производило впечатление. Одна женщина будто бы сказала своим детям: опуститесь на колени и просите Бога благословить американцев, которые прислали эту еду.

Статистика такая: с октября 1921 года по сентябрь 1922 года было доставлено более 700 тысяч посылок на семь миллионов долларов. Есть и такая цифра: рабочим и крестьянам доставались только 40 процентов от общего числа посылок. Наконец, подсчитано, что за два года АРА израсходовала 78 миллионов долларов, из которых 28 миллионов – деньги правительства США, 13 миллионов – деньги правительства Советской России, остальные – частные пожертвования, благотворительность и другие источники.

Да, АРА – это грандиозная экономическая операция. И в то же время это – шоу на весь мир.
Сколько людей спас американец Герберт Гувер? Цифры разные: то пять, то десять, то двадцать миллионов. Сколько бы ни спас – много. А человеческие жизни перевешивают все остальное.

- Ольга Юрьевна, получается так, что Гувер «разруливал» кризисные ситуации в разных частях мира, помогал людям, попавшим в трудное положение, а за его спиной, на родине, притаилась беда, больше которой Америка, кажется, не знала ни до, ни после – та самая Великая депрессия. И в этой беде Гувер оказался бессильным.

- Я не историк и не экономист, но, прочитав обширную литературу, еще не переведенную на русский и мало у нас известную, могу сказать, что существуют различные точки зрения на президентство Гувера. Большинство историков склонно винить его в неспособности справиться с трагической ситуацией в США. Однако в последние десятилетия постепенно идет процесс его исторической реабилитации и переоценки его роли в годы Великой депрессии. Некоторые исследователи утверждают, что на его месте и именно в тот период времени никто не смог бы справиться с таким масштабным кризисом, так как в истории не было прецедента.

От автора. Как было? 1929 год. В суперстране – новый суперпрезидент. Газеты: «Предстоят четыре года процветания». Америка уже процветала, но ждала невиданного благополучия. Надо отдать должное Гуверу – он сразу почувствовал «яму», в которую может упасть: «Я страшусь преувеличенных надежд народа, вообразившего, что я могу все».

Тем не менее начал он именно так, как хотел народ. Он затеял борьбу с гангстерами, арестовал главаря мафии Аль Капоне. Он подписал билль «О здоровье детей», в котором расписал меры по защите детства. Он расширил права профсоюзов. Он на 40 процентов увеличил территорию национальных парков. Он хотел запретить суд Линча, но конгресс не поддержал его.

Единственное, во что президент не вмешивался, – экономика. Он надеялся на то, что частная инициатива сама вырулит, куда следует. Он не мог допустить и мысли, что экономика США – мыльный пузырь, который накачивали до него и который лопнет при нем. Но пузырь лопнул. «Вдруг» выяснилось, что страна жила в кредит. Все – должники, а платить нечем. Американцы обескураженно разорялись. А тут еще два года засухи. На пороге стоял… голод.

Не знавший ничего подобного Гувер увидел себя водителем непослушного автомобиля. Отказали все рычаги управления. Он нажимает на педаль тормоза – никакой реакции. Он поворачивает руль – то же самое. Страна – сама по себе, президент – сам по себе. Уже в начале 1930 года Гувера сковал жестокий стресс. В своем кабинете он чувствовал себя как в плену. Днями молчал, общался скупо и неохотно…

Страна – в депрессии. Президент – в депрессии… А депрессия – это «ничего не хочу, ничего не могу»… Весной 1932 года пришлось разгонять лагерь ветеранов войны в Вашингтоне, вспыхнули протесты. Дошло до «Повесить Гувера!»…

Давно ли страна, такая богатая и такая благополучная, с некоторой снисходительностью и несколько высокомерно помогала голодной Европе? А теперь – у самой миллионы голодных. Остановилась и не может сдвинуться с места. Кто бы мог подумать!..

- Ольга Юрьевна, вы сочувствуете Гуверу?

- Конечно. Он прожил долгую жизнь и умер в 1964 году практически в забвении. Его политическая репутация была безнадежно испорчена.

- Но в любом случае жизнь Гувера – пример, который доказывает, что США – страна равных возможностей?

- Скорее, пример Гувера доказывает, чего может достичь умный, образованный, энергичный и целеустремленный человек, опирающийся на твердые принципы. За ним не стояли мощные семейные кланы, как, например, в случае с Кеннеди, не стояли миллионные состояния. Он, как говорится, сделал себя сам.

- Спасибо.

Источник: mediazavod.ru

 

Вокруг

Интервью с Михаилом Саввичем Фонотовым

"Все, что нам нужно, – это очеловечиться. Просто стать самими собой. Мы вроде бы уже знаем, что такое человек, но пока еще не можем к нему прийти..."

В круге

"Кто-то мне скажет: ну, вот, нашел о чем печалиться, о какой-то дикой яблоньке на обочине дороги. Да, согласен, бывают и не такие печали. Уж от этого никуда не деться. А мне запала в душу эта яблоня. Она была для меня как бы человек. Сначала как девушка-подросток, а потом – что тебе Золушка-невеста, особенно по весне".

Фрагмент из книги Михаила Фонотова "Времена Антона"

"Я хочу увидеть Антона Макаренко. Да, увидеть. Со стороны. Как он идет по тротуару мимо цветников. И – во весь рост, с ног до головы. И, конечно, – его лицо. Сквозь стекла очков всмотреться в глаза… Я хочу увидеть Антона Макаренко – человека, который воспитывает".

Как ни странно, о кунашакском метеоритном дожде никто не вспомнил, а он был «тяжелее» челябинского. Тогда не было таких средств связи, которые способны за считанные минуты разнести новость по белу свету. И потому «скромный» кунашакский дождь не имел шансов на такую раскрутку, как «шумный» челябинский. Хотя и был «весомее».

Что есть война? Фрагменты из дневников

Мария Волошина: «Как человечество может быть в таком ужасе? Вся Европа! Весь мир. Да что же это такое?.. Почему Гитлер, Сталин, 3, 4, 10 – сколько их, могут посылать на убийства, на смерть, разорять, словом, делать войну и все ее ужасы? Почему миллионы не могут сказать: не можем больше так жить!»

М.С. Фонотов. Мысли о конце света

Конец света – не наша забота. Можно не сомневаться, что мы, каждый из нас и все вместе, закончимся раньше, чем Белый Свет. И пока наши атомы не рассеялись в космосе, уподобимся Циолковскому, чтобы «до обморока» испытывать восторг от созерцания Вселенной, ее Причины и ее Творца.

"Он жил при Пушкине, и был на два года его старше. У них были общие знакомые, и очень возможно, что Александр Сергеевич кое-что читал «из Кудряшева» в «Отечественных записках». Он жил через 50 лет после Пугачевской войны, но Пугачев был ему остро интересен. При нем шла Отечественная война: в 1812 году ему было 15 лет. На все, про все Кудряшеву было отведено 30 лет жизни".

Об Александре Чижевском

"Он – космист. То есть земной человек, умеющий охватить безбрежное космическое пространство. Это – вообще. А в частности, он – ученый и поэт. Он – историк и медик. Он – изобретатель и художник-акварелист. Он – физик и археолог. Он статистик и музыкант-пианист. Он – полиглот и социолог. Он – дворянин, солдат и Георгиевский кавалер. Он, наконец, – гелиобиолог, солнечный биолог".

Очерк М.С. Фонотова

Чтобы понять, что такое лес и что такое степь, надо в жизни иметь хотя бы два случая – в жаркий летний день из степи войти в лес, а потом из леса – в степь. Например, из высоких аркаимских степей перейти под сень соседнего Рымникского бора.

Михаил Фонотов - о своем друге, фоторепортере, удивительном человеке Михаиле Петрове

Душа – она впечатлительна. Она – тоже фотоаппарат. С очень чувствительной пленкой. И объектив у нее – какой хочешь, на ширь и на даль, на приближение дали и на растяжение шири. Глубина резкости у него – без ограничений и диафрагма – снимай хоть в темноте.

"Это здание – какое? Яркое, пестрое, красочное, зеркальное, отблескивающее, отсвечивающее… Красиво? Красиво… Даже слишком. В очередной раз не повезло архитектуре. Опять ее отодвинули, и она послушно уступила место торговле, сопернице сильной, бесцеремонной и – непобедимой".

"Хорошо бы понимать, что само желание свободы – неволя, несвобода. Не желать, а быть – вот задача".

Очерк из книги М.Фонотова "Родная старина"

Есть у нас на Южном Урале одна река и одна гора, которые древнее самой глубокой древности. Гора называется Карандаш, а река – Изранда. О них мало кто знает даже в Кусинском районе, где они расположены.

"Каждый раз, когда поднимаюсь на Нурали, на меня находит наваждение какой-то инородности или даже инопланетности. Сам хребет выглядит стадом огромных ископаемых животных, которые в глубоком сне лежат, прижавшись друг к другу. Он словно скован беспробудной задумчивостью, он каменно молчит, но кажется, что где-то внутри его тлеет очень медленное и едва угадываемое желание пробудиться".

Очерк из книги М.Фонотова "Родная старина"

"Тогда, сто лет назад, и сейчас у нас нет ничего такого, что имело бы “столичную цену”. Ничего, кроме Тургояка. Паломники Тургояка – это очень длинный список. Спасибо гостям, они дали нам понять, что такое Тургояк. Чего-чего, а толк в красоте они знали. Они, избалованные красотами Альп и Швейцарий, за две тысячи верст добирались до Урала, чтобы увидеть и показать детям наш Тургояк".

Кто-то мне рассказывал, как однажды (вскоре после войны) он был поражен видением, подобным наваждению: в лесу, на берегу одного из каслинских озер, вдруг возникли странные люди в нездешних одеяниях, изъяснявшиеся на немецком языке... Десант немецких ученых на Сунгуле тогда, в 1947 году, и верно, весьма напоминал инопланетный.

Беседа с археологом Г.Х. Самигуловым о раскопках на Ярославской площади

"Мы будем говорить  об истории Челябинска. И, может быть, самое интересное и интригующее, самое неуловимое в этой теме – та грань, когда Челябинска еще не было, но перед самим его появлением.  Если на эту точку посмотреть с какой-то высоты, например, в 1736 году, – как всё выглядело? Что было и чего не было?.."

Великий государственный муж, умелый администратор, искусный инженер, ловкий и находчивый дипломат, верный сын церкви – таким видели Неплюева его соратники. Современники ценили его за то, что Отечеству он служил «не из мзды, а из утешения совести и нравственного долга». Враг «вольнодумства, суеверия, ласкательства и потакальщиков», Неплюев «никогда ни от кого, ни за какое дело ничего не взял». Так-то. Намек.

Цикл очерков

"Самые чувствительные «антенны» – у поэтов. Сердце Пушкина… Мы и понятия не имеем о том, что бывают и такие сердца... Что оно может так много вместить. Так остро откликаться, так горько отчаиваться, так сильно переживать..."

О судьбе и творческом наследии первого русского "цветописца" С.М.Прокудина-Горского

Сто лет назад в Царском Селе встретились государь Николай II и фотограф С.М.Прокудин-Горский. Фотограф показал императору свои цветные фотографии. В то время и черно-белые снимки были большой редкостью, а о цветных и не мечтали.

Тихие мысли Михаила Фонотова

Что мы хотим от своей России? Чтобы она была великой? У нас и мысли нет такой, чтобы остановиться и присмотреться к своей стране, вдуматься в ее судьбу, увидеть ее добрыми глазами, проникнуться к ней сочувствием, понять, каково ей...

В этом разделе вы можете познакомиться с нашими новыми книгами и заказать их доставку в любую точку России. Добро пожаловать!

Шесть книг Издательского дома "Мой Город" стали победителями VIII областного конкурса «Южноуральская книга-2015». Всего на конкурс было представлено более 650 изданий, выпущенных в 2013-2015 годах.

Теперь каждый желающий может познакомиться с книгами ИД "Мой Город" (Издательство Игоря Розина) и купить их в электронном виде. Для этого достаточно пройти по ссылке.

Издательский дом «Мой Город» выполнит заказы на изготовление книг, иллюстрированных альбомов, презентационных буклетов, разработает узнаваемый фирменный стиль и т.д.

Украшения ручной работы

Эта детская книжечка - вполне "семейная". Автор посвятил ее своим маленьким брату и сестричке. И в каком-то смысле она может служить эталоном "фамильной книги", предназначенной для внутреннего, семейного круга, но - в силу своей оригинальности - интересной и сторонним людям.

История, рассказанная в этой очень необычно оформленной книге, действительно может быть названа «ботанической», поскольку немало страниц в ней посвящено описанию редких для нас южных растений. Впрочем, есть достаточно резонов назвать ее также «детективной», или «мистической», или «невыдуманной».

Сборник рассказов московского писателя Сергея Триумфова включает страстные лирические миниатюры, пронзительные и яркие психологические истории и своеобразные фантазии-размышления на извечные темы человеческого бытия.

Книга прозы Александра Попова (директора челябинского физико-математического лицея №31) «Судный день» – это своего рода хроника борьбы и отчаяния, составленная человеком, прижатым к стенке бездушной системой. Это «хождения по мукам» души измученной, но не сломленной и не потерявшей главных своих достоинств: умения смеяться и радоваться, тонуть в тишине и касаться мира – глазами ребенка.

Со страниц этого сборника звучит голос одного сада. Одного из многих. Потому что он жив и существует – благодаря одному человеку, автору этой книжки. И в то же время через эти стихи словно бы говорят все сады, все цветы, все деревья и травы мира. Может быть потому, что подлинная поэзия – универсальна и не имеет границ.

Роберто Бартини - человек-загадка. Кем он был - гениальным ученым, на века опередившим свое время, мыслителем от науки, оккультным учителем? Этот материал - только краткое введение в судьбу "красного барона".

"Люди спрашивают меня, как оставаться активным. Это очень просто. Считайте в уме ваши достижения и мечты. Если ваших мечтаний больше, чем достижений – значит, вы все еще молоды. Если наоборот – вы стары..."

"Отец Александр [Мень] видел, что каждый миг жизни есть чудо, каждое несчастье – священно, каждая боль – путь в бессмертие. А тем более цветок или дерево – разве не чудо Божье? Он говорил: если вам плохо, пойдите к лесу или роще, возьмите в руку ветку и так постойте. Только не забывайте, что это не просто ветка, а рука помощи, вам протянутая, живая и надежная..."

"Всего Капица написал Сталину 49 писем! Сталин не отвечал, но когда Капица, не понимая такой невоспитанности, перестал ему писать, Маленков позвонил Капице и сказал: «Почему вы не пишете Сталину, он ждет новых писем». И переписка (односторонняя) возобновилась".

"Через цвет происходит таинственное воздействие на душу человека. Есть святые тайны - тайны прекрасного. Понять, что такое цвет картины, почувствовать цвет – все равно, что постигнуть тайну красоты".

"...Ненависть, если и объединяет народ, то на очень короткое время, но потом она народ разобщает еще больше. Неужели мы будем патриотами только из-за того, что мы кого-то ненавидим?"

"Внутреннее горение. Отказ от комфорта материального и духовного, мучительный поиск ответов на неразрешимые вопросы… Где все это в современном мире? Наше собственное «я» закрывает от нас высшее начало. Ведь мы должны быть свободными во всех своих проявлениях. Долой стеснительность!.."

"В 1944 году по Алма-Ате стали ходить слухи о каком-то полудиком старике — не то гноме, не то колдуне, — который живет на окраине города, в земле, питается корнями, собирает лесные пни и из этих пней делает удивительные фигуры. Дети, которые в это военное время безнадзорно шныряли по пустырям и городским пригородам, рассказывали, что эти деревянные фигуры по-настоящему плачут и по-настоящему смеются…"

"Для Beatles, как и для всех остальных в то время, жизнь была в основном черно-белой. Я могу сказать, что ходил в школу, напоминавшую Диккенса. Когда я вспоминаю то время, я вижу всё черно-белым. Помню, как зимой ходил в коротких штанах, а колючий ветер терзал мои замерзшие коленки. Сейчас я сижу в жарком Лос-Анджелесе, и кажется, что это было 6000 лет назад".

"В мире всегда были и есть, я бы сказал так, люди этического действия – и люди корыстного действия. Однажды, изучая материалы по истории Челябы, я задумался и провел это разделение. Любопытно, что в памяти потомков, сквозь время остаются первые. Просто потому, что их действия – не от них только, они в унисон с этикой как порядком. А этический порядок – он и социум хранит, соответственно, социумом помнится".

"Я не турист. Турист верит гидам и путеводителям… А путешественник - это другая категория. Во-первых, ты никуда не спешишь. Приходишь на новое место, можешь осмотреться, пожить какое-то время, поговорить с людьми. Для меня общение по душам – это самое ценное в путешествии".

"В целом мире нет ничего больше кончика осенней паутинки, а великая гора Тайшань мала. Никто не прожил больше умершего младенца, а Пэнцзу умер в юном возрасте. Небо и Земля живут вместе со мной, вся тьма вещей составляет со мной одно".

"Я про Маленького принца всю жизнь думал. Ну не мог я его не снять! Были моменты, когда мальчики уставали, я злился, убеждал, уговаривал, потом ехал один на площадку и снимал пейзажи. Возможно, это одержимость..."

"Невероятная активность Запада во всем происходящем не имеет ничего общего ни со стремлением защищать права человека на Украине, ни с благородным желанием помочь «бедным украинцам», ни с заботой о сохранении целостности Украины. Она имеет отношение к геополитическим стратегическим интересам. И действия России – на мой взгляд – вовсе не продиктованы стремлением «защитить русских, украинцев и крымских татар», а продиктованы все тем же самым: геополитическими и национальными интересами".