Это интересно

МИХАИЛ ФОНОТОВ
Писатель, краевед

"Каждый раз, когда поднимаюсь на Нурали, на меня находит наваждение какой-то инородности или даже инопланетности. Сам хребет выглядит стадом огромных ископаемых животных, которые в глубоком сне лежат, прижавшись друг к другу. Он словно скован беспробудной задумчивостью, он каменно молчит, но кажется, что где-то внутри его тлеет очень медленное и едва угадываемое желание пробудиться".

АНДРЕЙ ЯНШИН

Можно ли всю жизнь прожить у реки и так и не побывать у ее истока? Конечно. Но побывать – лучше. Но зачем?

Вход в аккаунт

Аркаим - послание далеких предков

Аркаим - послание далеких предков
МАРИНА ЗАГИДУЛЛИНА
Писатель, д.ф.н., профессор ЧелГУ

Ниже публикуется фрагмент книги Марины Загидуллиной «ПрадедушкаАркаим», которая увидит свет в сентябре этого года в издательстве Игоря Розина.

 

Во втором тысячелетии до нашей эры с берегов Инда и Ганга в аркаимские степи (юг Челябинской области) пришли индоиранские племена – древнейшие предки ариев (арья). Здесь основали они уникальную цивилизацию, запечатленную в ведийских текстах, Ригведе и Авесте. Здесь построили Страну городов. Здесь развивалась и крепла уникальная государственность – основанная на равенстве и единстве. Эта территория, раскинувшаяся на 350 квадратных километров в южном Зауралье, хранит тайну, открытие которой могло бы сдвинуть с мертвой точки зашедшую в тупик современную цивилизацию.

Тайна эта – Аркаим.

И даже не тайна, а самый настоящий завет – великое послание из прошлого в будущего, зашифрованное в неявных знаках откровение…

Тогда, четыре тысячи лет назад, не было границ в их сегодняшнем государственном смысле. Земля была открыта немногочисленным плeменам людей – и лежала перед ними как terraincognita, неизвестное пространство, полное опасностей и чудес.

Зачем пришли сюда арии? Как выглядело это пространство четыре тысячи лет назад? Каков был климат, растительность, животный мир? Как организовали свою жизнь пришельцы? И – главное – почему покинули эти края? На эти и другие вопросы нет однозначного ответа.

Но мы можем уверенно говорить, что именно здесь и произошел настоящий взлет мифологического мышления и ритуальной деятельности, которые зафиксированы археологически в поселенческой архитектуре, фортификации и погребальных сооружениях. Перед нами – альтернативный вариант пути безгосударственного цивилизованного развития.

И в понимании этого кроется первое приближение к отгадке: безгосударственная цивилизация предполагает равную ответственность всех перед всеми. Как природа кормит, поит, согревает людей, дает им материал для жилищ, орудий труда, отвечая за жизнеобеспечение каждого, так и человек не захватчик и борец с природой, но бережный участник общего великого круговорота живого вещества – не бездушного и бессмысленного, а согретого вечной мудростью вселенского устройства. В малом отражается великое, и один элемент – это вся вселенная. Так устроен каждый квадратный сантиметр древнего протогорода.

Здесь, в южноуральских степях, археологи обнаружили следы более чем 20 древних укрепленных поселений, могильники, курганы, аллеи менгиров. Все эти знаки древней культуры объединены общими чертами, исключающими возможность ошибки: перед нами полноценная цивилизация, существовавшая здесь за 500-600 лет до древней Трои, ровесница египетских пирамид.

Каковы же были общие черты цивилизации протоарийцев в Аркаиме? Обычно чертами развитых цивилизаций считают мощную государственность (армию и аппарат подавления), высокую технологичность производств, эффективную экономику, наличие оформленной религии, научного знания, письменности и искусств. Аркаимская цивилизация являет нам совершенно уникальный тип альтернативного развития человечества безгосударственного типа. Вместо имперского принципа, положенного в основу всех известных развитых цивилизаций (сильная армия, захват все больших территорий, взимание дани с захваченных народов и их порабощение, расцвет культурно-досуговых форм центра за счет рабского труда провинций и т.п.), Аркаим явил нам гигантскую модель сосуществования человеческих сообществ в природном пространстве. Здесь совершенно иные приоритеты и критерии оценки «развитости». На первое место выступает натуралистическая зоркость, основанная на невыделении себя из природного мира.

Вместо сильного государства – союз городов. Вместо армии – колесничие, главная задача которых, скорее, охрана скота от «варварских» племен. Вместо царских дворцов и убогих лачуг бедняков – город-дом, почти хрустальный дворец из утопий Чернышевского: здесь есть тайные покои для интимной жизни людей, общее пространства для дружных и по-настоящему семейных трапез и сборов, место для ежедневного радостного труда и возможность заниматься наукой и искусством. Город-обсерватория, город мастеров, город ритуалов. Здесь всем достается равное жизненное пространство, достаточное для ощущения счастья и безопасности, для ощущения собственной значимости и одновременно причастности к общему союзу. Религия древних аркаимцев не требовала создания специальных храмов, поражающих простого смертного величием и размахом, вызывающих чувство собственной ничтожности и тленности перед лицом великих богов. Все пространство ежедневной жизни оказывалось ритуальным, а специальные святилища нужны были для того, чтобы постоянно напоминать человеку о его связи с ручьями, деревьями, холмами и перелесками. Обмен велся здесь интенсивно и успешно, но дело было не в поиске «рынков сбыта», а в удовлетворении все более прихотливых и сложных потребностей мастеров и исследователей. Это была альтернативная экономика успешного натурального хозяйства – одновременно замкнутого и раскрытого постоянному информационному обмену. В каждой семье огромного города умели лить металл и обжигать горшки, ткать ткани и шить обувь, делать украшения и заготавливать продукты. Но эта «домостроевская» модель была принципиально открыта влияниям других: других семей, демонстрирующих свои достижения на общих городских ритуальных сборах на центральной площади, других городов, расположенных в удобной и обозримой близости. Иначе чем объяснить такой мощный всплеск единых по сути и неповторимых по реальному воплощению планировок разных городов, конструкций городских систем, предметов труда и быта, украшений и способов захоронения? Общность культуры, несомненно, обеспечивалась интенсивным информационным обменом, развитой и хорошо освоенной системой передачи знания новым поколениям (наставничеством), а также явным прогрессом сложной религии аркаимцев, в основе которой лежал, несомненно, культ почитания Вселенной в ее планиметрическом единстве – Космос, Хаос, Земля, Вода, Огонь и Воздух образовывали главные направляющие религиозной мысли аркаимцев. Их религия поразительно близка философии, и очень возможно, что в современном ее понимании она таковой и была: это было сверхзнание о месте человека во Вселенной, основанное на тонких и удивительно проницательных представлениях об устройстве Вселенной вообще. Конечно, важнейшее место в формировании этой цивилизации сыграло ее оформление в виде иносказательных песнопений, гимнов, которые и стали основными хранителями знания, своеобразным «каталогом» и «библиотекой» аркаимской культуры.

 

Степные города

 

Огромное пространство степи. Солнечные восходы и закаты. Тучи в полнеба. Грозы. Ливни. Пространство, всхолмленное небольшими сопками. Речки, прихотливо и спокойно льющие свои воды среди ровных берегов. Все это – зауральский пенеплен, граница между Европой и Азией, севером и югом.

И вот – среди этих просторов вырастают поселения. На расстоянии 40-60 километров располагаются неповторимые по своей архитектуре создания человека, пришедшего сюда жить, а не брать.

Овальные крепости – четкий, геометрически правильный повтор формы яйца – символа жизни, рождения. Это самые первые, древнейшие поселения. В городе-«яйце» человек надежно укрыт за толстыми стенами, частоколом бревен, между двумя рядами которых – уплотненный грунт. Но это не просто «скорлупа» города – войти в жилое пространство не так-то просто… Вокруг города – территория хозяйствования, радиус ее километров 20-30, столько может без устали пробежать конь. Большее пространство городу и не нужно – оно избыточно. Город не стремится к захвату все большей территории. Философия древнего племени – «вход» в пространство природы, вписывание в него, а не «природопользование» (только вдумайтесь в безнравственность самого этого слова! А ведь сегодня оно кажется нам совершенно нейтральным и даже скучно-«правильным»).

Позднее появились города-круги («диски», «улитки») и города-квадраты («свастики», «розы ветров»). Возникло настоящее состязание «круглой» и «квадратной» культур. Выбор формы никак нельзя отнести к «архитектурной фантазии», которая так часто сегодня является единственным основанием выбора формы нового здания! Нет, круг был важнейшим символом круговорота всего живого на Земле, круг был знаком мандалы – колеса вселенной. Именно круглая форма была избрана для Аркаима…

Диск-улитка Аркаима… История археологии не знает ничего подобного устройству древнего протогорода. Это поистине уникальное строение, как уникальны порой техники строительства птичьих гнезд.

У подножия горы Шаманки возведен был Аркаим. Представим себе огромное круглое возвышение в степи, сложенное из толстых бревен, укутанное земным грунтом – крепость, вросшая в землю, выросшая из земли.

Над огромным (145 м в диаметре) диском вьются дымки печей. Невдалеке от крепости большой огород – устроенный среди прорытых каналов возле старицы. Река наполняет каналы и превращается в постоянную оросительную систему. Нет труб, сложных клапанов, не нужно электричество или электроника – просто присмотреться к пространству, которое тебя окружает, просто увидеть, как течет вода, и встроить в этот естественный ход свое участие – помочь земле рождать то, что нужно тебе.

Но сама форма города уникальна – крепость построена «раз и навсегда», она не предполагает увеличения и разрастания, а значит, максимальное число жителей заранее предопределено – не более 20 человек в каждом отдельном доме. Получается, что аркаимское жилище представляет собой «улей» для одного большого сообщества: как только население перерастет возможности «дома» – возникнет необходимость основания нового города-улья.

Можно представить себе, как это делалось! Как  шли люди по степи, отыскивая место для нового гнезда – вдали от хозяйственной территории других городов. Это место обязательно было рядом с водой – более того, вода должна была окружать крепость со всех сторон. И в те древние времена степные реки не были серьезным препятствием для врагов, поэтому очерчивание водного круга было, скорее, ритуальным, чем охранительным. Вода, окружающая жилище людей, символизировала воду, окружающую сушу, становилась частью символического пространства, которое человек прочил себе в жилища.

Определив место будущего города – сухую, ровную, немного приподнятую площадку, окруженную водой (или с возможностью рытья обводного канала), люди продумывали ориентирование всей городской конструкции по сторонам света. Так же, как в не столь давние времена ставилась русская изба. В этом соответствии можно усмотреть значимость для сознания людей ориентирования жилья (а сегодня от этой древнейшей практики остался только вопрос «солнечности» комнат квартиры – да повышенный интерес к восточному аналогу этого ориентирования – искусству фэн-шуй).

Аркаим четко сориентирован на расположенную рядом с ним гору Шаманку. Повторяя ее круглую форму, он главным входом «смотрит» на гору (на юго-запад). Конечно, как и любое возвышение, Шаманка имела ритуальный, сакральный смысл в древнем сознании, - впрочем, как и земля, камни, звери, птицы… Но не только главный вход, а и все остальные (всего четыре входа) были четко сориентированы на восходы и закаты Солнца  и Луны в ключевые даты сельскохозяйственного календаря. Город был самой настоящей обсерваторией, а не случайно «сколоченной» времянкой.

Установив, каким образом должен быть ориентирован город-крепость, люди приступали к строительству. А это значит, в непосредственной близи от площадки будущего города разбивался лагерь временных жилищ, люди рубили деревья, стаскивали строительные материалы к площадке. Инженерная мысль древнего человека поистине высокотехнологична, как сказали бы мы сегодня. Заранее проверялось качество грунта – ведь как бы то ни было, город укреплялся на вынутом грунте, «нулевом цикле». Надо было сразу рассчитать и количество строительного леса – это тысячи стволов сосен и лиственных пород из лесов, которых тогда на этой территории было бескрайне много. Стены города, возведенные из плотных рядов бревен, были двойными. Уплотнитель между двумя рядами – по-особому приготовленный грунт, который как раз и вынимается из рва, окружающего будущую крепость. Все продумано – нет ничего «лишнего», идет встраивание в это пространство. И все эти технологии передаются из поколения в поколение как священный завет – не случайно бог Индра в Ригведе создает жилище, замешивая землю и глину как тесто…

Как показывают исследования археологов, лесная растительность 4000 лет назад не была столь редкой в этих краях. И сегодня степь не выглядит «пустым пространством» – вдоль изгибов рек мы можем видеть множество деревьев, как и отдельные острова леса в степи – колки. Строительство должно было быть дружным, энергичным, «одномоментным». Город представлял собой один большой дом, а значит, должен был быть возведен в «один сезон», до поры непогоды и холода. Как не вспомнить опять русские избы, которые «всем миром» ставили буквально за сутки! Это ведь был тот же древний механизм дружного и спорого решения «квартирного вопроса». Но древняя строительная идея все же отличается от русской крестьянской. Избу возводили погорельцам – и смысл дружной работы как раз заключался в своеобразном «авансировании» – сегодня ты остался без жилья и я помогаю тебе, а завтра пострадаю я сам и ты поможешь мне. Аркаимский протогород подчинялся другой философии: город-дом создавался всеми семьями, собиравшимися там жить. А это значит, что город строился не «по щучьему велению» (или по приказу отдельного человека, как, например, создавался Санкт-Петербург), а при наличии достаточного числа семей. Если в Аркаиме при реконструкции насчитывается 66-67 «лепестков»-«квартир» внутреннего и внешнего круга, то это значит, что 66-67 семейных кланов создали город.

Но что принципиально важно в возведении городов-крепостей – это принцип разделенной ответственности при строительстве. Это значит, что каждая семья строила свой сектор крепости-диска самостоятельно. Не бригада «артельщиков», а именно такой коллективно-семейный застрой и был особенностью этих больших городов-дисков, квадратов, овалов. Так каждый клан становился ответственным за качество возводимых стен, за глубину прорываемого канала, а в то же время строил он «для всех» и «для себя». Эти коллективные формы деятельности еще ждут своей интерпретации, но одно важно – город возводился «посекторно» и одновременно «цельно».

Каждый внутренний «лепесток»-дом имел свои особенности и одновременно подчинялся общим правилам. Не было найдено в стране городов ни одного поселения, точно копирующего другое. Либо планировка центральной части, либо ориентирование домов относительно центра города, либо устройство стен – обязательно уникальны, со своим особым смыслом. Но общая логика не оставляет сомнения в единстве аркаимско-синташтинской культуры.

Она предполагала вовлеченность всех членов общины в мифологический смысл создания города. В самом деле, невозможно представить себе, что каждая семья строила «как бог на душу положит». Все они должны были видеть мысленным взором то целое, что должно было в конце концов получиться, – диск-улитку Аркаима, или яйцо-овал городища Сарым-Саклы, или квадрат-свастику Чекотая – и уже потом приступить к строительству. Раскопки показывают, что устройство жилища было непростым: заранее следовало продумывать движение воды в городе: так называемая ливневая канализация планировалась до начала строительства. В глиняных стенах поселения Аландское прекрасно сохранились древние берестяные трубы, тщательно обмазанные глиной, встроенные в пространство стен. Продумывался и канал, идущий вдоль всего внутреннего круга жилищ, – он покрывался деревянной мостовой, был скрыт, спрятан. Так создавался дом-город. Но не только жилище-крепость строили собравшиеся в степи люди. Возводился «третий круг» – ров и насыпь – отгораживающий пространство для выпаса скота. По размеру этого круга можно представить себе количество домашних животных протогорожан: выпас очерчивал не больше и не меньше той территории, что была нужна для максимального наполнения города…

Строился и огород – по-видимому, так же дружно: все знали, какое целое в результате должно получиться, но рыли свой канал, обустраивали свою гряду. Наконец, обустраивалось и пространство вокруг города: как уже было сказано, 20-30 км в диаметре. Большее расстояние горожанам было не нужно – зачем же отдаляться от крепости больше чем на один лошадиный перегон! Но этот круг был именно освоен древним сообществом: здесь добывали медную руду, глину, дрова, здесь охотились и ловили рыбу, здесь устраивали могильники и курганы, размечая пространство степи в соответствии со своими символическими представлениями. Круг самого города-дома причудливо повторялся и отражался в большом круге поселения: это была модель вселенной, где в любом элементе заключается Целое.

Человек мог (и был обязан!) обойти свои владения так же, как Солнце ежедневно обходит Землю, отправляя свое тепло каждому земному участку. Это ритуал и одновременно завет: жить посолонь, быть для осваиваемого пространства солнцем, заботиться и внимательно следить за всем, что здесь происходит. Очень легко представить себе жизнь внутри такой своеобразной «планеты» – как маленький принц в повести Сент-Экзюпери: «Встал утром – прибери свою планету!». Есть такое современное наблюдение: содержание садового участка должно занимать один час в год на каждый квадратный метр (а это значит, что если у вас нет времени на сад, то нет и смысла брать участок «побольше» – не справитесь). Возможно, в этом наблюдении есть отголоски древнейших точных расчетов – сколько человек какую площадь должны освоить. В случае Аркаима мы видим, что на территории примерно в 2000 км2 хозяйствовали 2000 человек. Значит, один квадратный километр на человека – предельное количество обозримого пространства. И это же значит, что древним племенам была совершенно чужда идея имперского типа государства с сильным центром и послушными рабскими перифериями. Для счастья нужна гармония с пространством. А для этой гармонии нужно чувство родности, освоенности. Именно примеры такой освоенности пространства мы и встречаем в Стране городов.

Сегодня деление территории на области, «субъекты» подчиняется совершенно другой логике. Наверное, в каждом таком административном округе есть «захолустья», куда не просто добраться. И зачем тогда нужно такое крупное деление? Не лучше было бы иметь много небольших городов-центров, от которых рукой подать до любой окраины? И тогда не было бы этих окраин! Аркаимское устройство жизни людей показывает, что такой путь был возможен, более того, он был успешно освоен и дал блестящие результаты: настоящий культурный взрыв и создание уникальной цивилизации.

Человек выезжает утром из стен крепости-дома, он скачет по степи, где из любой точки видна насыпь кургана-усыпальницы, своеобразного мифоцентра, некоего аналога церкви, чьи купола всегда возвышаются над пространством деревни или городка. Солнце ведет всадника – он безошибочно знает, как оно должно быть расположено относительно его движения к цели. Он скачет к отдаленному участку своей ойкумены, проезжая мимо поля проса и ячменя (не чета нашим бескрайним полям – фактически это гряды большого огорода, к которым удобно подойти, чтобы выполоть, поправить посевы – урожай будет достаточным и даже избыточным и на такой маленькой территории), мимо рощи, где трудятся его соседи, заготавливая дрова и стволы для ремонта города (это настоящая отдельная отрасль труда – ремонтно-архитектурные работы), вдоль русла реки, где рыбаки ловят рыбу, тут же вяля ее на солнце, вдоль заболоченного участка, где женщины заготавливают корни болотных растений для приготовления краски для тканей, мимо медного рудника – аккуратного шурфа, откуда вынимают ценную породу и укладывают ее на специальные тележки, в которые впряжены лошади… Человек достигает границы своего царства: высокий каменный идол указывает на то, что путь его подошел к концу. Здесь человек выполняет ту работу, что привела его «на край земли»: он ловит куропаток, пользуясь искусно сделанным силком, а потом, довольный, возвращается в город-дом. Куропатка, суслик, бобер, всплеснувший на своей старой плотине, лисица и дикий кабан – всё это мир-родина, и человек высекает из камня силуэты птиц и зверей, которые украсят набалдашники тростей, что станут амулетами, он создает сложный рисунок на боках сосуда, повторяя тайнопись природы. Земля в пределах этого круга уже никакая не terraincognita – это земля сотрудник, земля-кормилица, земля-дом.

 

Вокруг

Зинаида Миркина - о Свободе и апокалипсисе

"Внутреннее горение. Отказ от комфорта материального и духовного, мучительный поиск ответов на неразрешимые вопросы… Где все это в современном мире? Наше собственное «я» закрывает от нас высшее начало. Ведь мы должны быть свободными во всех своих проявлениях. Долой стеснительность!.."

"В Китае в древние времена говорили: «Свойства чая исходят из воды». Считается, что из чая, качественного на 80 процентов и заваренного водой 100-процентного качества, получится чай, качественный на 100 процентов. В то время как вода с 80-процентным качеством, которой заварен 100-процентный чай, даст всего лишь 80 процентов качества".

Мысли о Карлосе Кастанеде и его "сказке"

В знаменитой сказке Льюиса Кэрролла от Чеширского Кота осталась только улыбка. От Карлоса Кастанеды осталась только сказка. Формальная его биография заурядна, даже скучна. Но и в этой пустой оболочке, в этой разбитой скорлупе остался ключ - ещё одно доказательство безупречности или, как сказал бы непосвящённый, таланта Кастанеды.

Интервью с Мариной Загидуллиной

Государство не будет играть в такие игрушки, как «свобода образовательным учреждениям». Это просто красивое слово – «автономное». Мне кажется, на каждый демократический плюс есть свой хитрый и не очень хитрый, даже тупой, минус, который все балансирует настолько, что школы откажутся от свободы...

В круге

"Каждую неделю, как зачарованная, наблюдала я этот процесс. В каком-то смысле выпечка хлеба была моим «домом». Всякий раз, когда готовили хлеб, я чувствовала себя уютно. Это было похоже на таинство, в котором участвовали Господь и крест Его и Благословенная Матерь Его".

Фрагмент из книги

"...Ну а кем ты хочешь быть?" Сын снова не понял этого самого обычного вопроса, который не раз задают взрослые детям, и ответил, выдержав небольшую паузу: "Так я уже есть, папа". - "Понятно, что есть, но я имею в виду, кем ты хочешь стать. Когда повзрослеешь, что делать будешь?" - "Я буду тобой, папа, когда вырасту. Доделывать буду то, что ты сейчас делаешь".

Интервью Григория Померанца

"В 17 лет я сформулировал задачу — быть самим собой, не подчиняться волнам, идущим на поверхности то туда, то сюда. Итогом этого стало и понимание того, что, когда доходишь до последней доступной тебе глубины, открываешь только, что дошел лишь до уровня, превосходящего тебя; до уровня более глубокого, чем твои личные возможности. Уровня, где царствует дух, превосходящий человеческие силы".

Из автобиографии Махатмы Ганди

"Я больше не слепец, не влюбленный до безумия муж и уже не наставник своей жены. Кастурбай могла бы при желании быть со мной теперь столь же нелюбезной, каким я прежде бывал с нею. Мы - испытанные друзья, и ни один из нас не рассматривает другого как объект похоти".

"В русском языке отчества сохранились лучше, чем в подавляющем большинстве европейских. Мне представляется, что традиция отчеств в российском величании может быть даже усилена, если в дополнение к ней и в развитие ее мы введем свободный выбор матчеств, т.е. позволим величать себя и по имени матери".

Протоиерей Дмитрий (Алферов) - о состоянии современного общества и выматывающем понимании того, что "Титаник" тонет, а все продолжают танцевать...

"Когда немцы победили французов во франко-прусской войне 19 века, Бисмарк сказал, что войну выиграл немецкий учитель. Дело в том, что в то время именно благодаря педагогам немцы учились осознавать себя гражданами нового единого государства".

"Поскольку мир будет становиться в ближайшее время всё более контролируемым и усложнённым, всё сильнее будет развиваться шаманизм и другие исконные верования и религии. Ведь шаманизм - это один из немногих действенных способов вернуться к себе. Вспомнить, что реальный мир намного больше, ярче и разнообразнее, чем мы привыкли об этом думать…"

"Он ушел сегодня. Но это так – формальный уход. Мне кажется, на самом деле он – как князь Андрей у Толстого – ушел намного раньше. Он уходил в себя, ото всех, замыкался, закрывался... Это было какое-то мощное бегство – от себя ли? В себя ли? кто теперь сможет сказать. Было ощущение его вызывающего, непреодолимого одиночества..."

Статья Марины Загидуллиной

Статья посвящена искажениям и аберрации, которым подвергнут образ Незнайки во времени. Автор стремится выявить основные механизмы этих искажений и анализирует изменение статуса героя в читательском сознании.

В этом разделе вы можете познакомиться с нашими новыми книгами и заказать их доставку в любую точку России. Добро пожаловать!

Шесть книг Издательского дома "Мой Город" стали победителями VIII областного конкурса «Южноуральская книга-2015». Всего на конкурс было представлено более 650 изданий, выпущенных в 2013-2015 годах.

Теперь каждый желающий может познакомиться с книгами ИД "Мой Город" (Издательство Игоря Розина) и купить их в электронном виде. Для этого достаточно пройти по ссылке.

Издательский дом «Мой Город» выполнит заказы на изготовление книг, иллюстрированных альбомов, презентационных буклетов, разработает узнаваемый фирменный стиль и т.д.

Украшения ручной работы

Эта детская книжечка - вполне "семейная". Автор посвятил ее своим маленьким брату и сестричке. И в каком-то смысле она может служить эталоном "фамильной книги", предназначенной для внутреннего, семейного круга, но - в силу своей оригинальности - интересной и сторонним людям.

История, рассказанная в этой очень необычно оформленной книге, действительно может быть названа «ботанической», поскольку немало страниц в ней посвящено описанию редких для нас южных растений. Впрочем, есть достаточно резонов назвать ее также «детективной», или «мистической», или «невыдуманной».

Сборник рассказов московского писателя Сергея Триумфова включает страстные лирические миниатюры, пронзительные и яркие психологические истории и своеобразные фантазии-размышления на извечные темы человеческого бытия.

Книга прозы Александра Попова (директора челябинского физико-математического лицея №31) «Судный день» – это своего рода хроника борьбы и отчаяния, составленная человеком, прижатым к стенке бездушной системой. Это «хождения по мукам» души измученной, но не сломленной и не потерявшей главных своих достоинств: умения смеяться и радоваться, тонуть в тишине и касаться мира – глазами ребенка.

Со страниц этого сборника звучит голос одного сада. Одного из многих. Потому что он жив и существует – благодаря одному человеку, автору этой книжки. И в то же время через эти стихи словно бы говорят все сады, все цветы, все деревья и травы мира. Может быть потому, что подлинная поэзия – универсальна и не имеет границ.

Роберто Бартини - человек-загадка. Кем он был - гениальным ученым, на века опередившим свое время, мыслителем от науки, оккультным учителем? Этот материал - только краткое введение в судьбу "красного барона".

"Люди спрашивают меня, как оставаться активным. Это очень просто. Считайте в уме ваши достижения и мечты. Если ваших мечтаний больше, чем достижений – значит, вы все еще молоды. Если наоборот – вы стары..."

"Отец Александр [Мень] видел, что каждый миг жизни есть чудо, каждое несчастье – священно, каждая боль – путь в бессмертие. А тем более цветок или дерево – разве не чудо Божье? Он говорил: если вам плохо, пойдите к лесу или роще, возьмите в руку ветку и так постойте. Только не забывайте, что это не просто ветка, а рука помощи, вам протянутая, живая и надежная..."

"Всего Капица написал Сталину 49 писем! Сталин не отвечал, но когда Капица, не понимая такой невоспитанности, перестал ему писать, Маленков позвонил Капице и сказал: «Почему вы не пишете Сталину, он ждет новых писем». И переписка (односторонняя) возобновилась".

"Через цвет происходит таинственное воздействие на душу человека. Есть святые тайны - тайны прекрасного. Понять, что такое цвет картины, почувствовать цвет – все равно, что постигнуть тайну красоты".

"...Ненависть, если и объединяет народ, то на очень короткое время, но потом она народ разобщает еще больше. Неужели мы будем патриотами только из-за того, что мы кого-то ненавидим?"

"Внутреннее горение. Отказ от комфорта материального и духовного, мучительный поиск ответов на неразрешимые вопросы… Где все это в современном мире? Наше собственное «я» закрывает от нас высшее начало. Ведь мы должны быть свободными во всех своих проявлениях. Долой стеснительность!.."

"В 1944 году по Алма-Ате стали ходить слухи о каком-то полудиком старике — не то гноме, не то колдуне, — который живет на окраине города, в земле, питается корнями, собирает лесные пни и из этих пней делает удивительные фигуры. Дети, которые в это военное время безнадзорно шныряли по пустырям и городским пригородам, рассказывали, что эти деревянные фигуры по-настоящему плачут и по-настоящему смеются…"

"Для Beatles, как и для всех остальных в то время, жизнь была в основном черно-белой. Я могу сказать, что ходил в школу, напоминавшую Диккенса. Когда я вспоминаю то время, я вижу всё черно-белым. Помню, как зимой ходил в коротких штанах, а колючий ветер терзал мои замерзшие коленки. Сейчас я сижу в жарком Лос-Анджелесе, и кажется, что это было 6000 лет назад".

"В мире всегда были и есть, я бы сказал так, люди этического действия – и люди корыстного действия. Однажды, изучая материалы по истории Челябы, я задумался и провел это разделение. Любопытно, что в памяти потомков, сквозь время остаются первые. Просто потому, что их действия – не от них только, они в унисон с этикой как порядком. А этический порядок – он и социум хранит, соответственно, социумом помнится".

"Я не турист. Турист верит гидам и путеводителям… А путешественник - это другая категория. Во-первых, ты никуда не спешишь. Приходишь на новое место, можешь осмотреться, пожить какое-то время, поговорить с людьми. Для меня общение по душам – это самое ценное в путешествии".

"В целом мире нет ничего больше кончика осенней паутинки, а великая гора Тайшань мала. Никто не прожил больше умершего младенца, а Пэнцзу умер в юном возрасте. Небо и Земля живут вместе со мной, вся тьма вещей составляет со мной одно".

"Я про Маленького принца всю жизнь думал. Ну не мог я его не снять! Были моменты, когда мальчики уставали, я злился, убеждал, уговаривал, потом ехал один на площадку и снимал пейзажи. Возможно, это одержимость..."

"Невероятная активность Запада во всем происходящем не имеет ничего общего ни со стремлением защищать права человека на Украине, ни с благородным желанием помочь «бедным украинцам», ни с заботой о сохранении целостности Украины. Она имеет отношение к геополитическим стратегическим интересам. И действия России – на мой взгляд – вовсе не продиктованы стремлением «защитить русских, украинцев и крымских татар», а продиктованы все тем же самым: геополитическими и национальными интересами".