Это интересно

МИХАИЛ ФОНОТОВ
Писатель, краевед

"Каждый раз, когда поднимаюсь на Нурали, на меня находит наваждение какой-то инородности или даже инопланетности. Сам хребет выглядит стадом огромных ископаемых животных, которые в глубоком сне лежат, прижавшись друг к другу. Он словно скован беспробудной задумчивостью, он каменно молчит, но кажется, что где-то внутри его тлеет очень медленное и едва угадываемое желание пробудиться".

АНДРЕЙ ЯНШИН

Можно ли всю жизнь прожить у реки и так и не побывать у ее истока? Конечно. Но побывать – лучше. Но зачем?

Вход в аккаунт

О Бердяеве, даосской философии и творчестве

О Бердяеве, даосской философии и творчестве
ЕЛЕНА ЩЕТИНКИНА
Художник
Текст: Алёна Николаева

 

- Вы выбрали для своей творческой самореализации  фарфор, тяжелое, даже в физическом смысле, занятие, тем более для женщины. Целесообразно ли, на ваш взгляд, разделять искусство на  женское и мужское?

- Искусство вообще не рассчитано на хрупкие женские плечи. Толкаться на подступах к искусству с мужчинами? Это не делает женщину более хрупкой, наоборот.

Можно обратиться к философии даосизма, к таким понятиям, как женское и мужское начало, инь и ян. В даосизме нет разделения на мужчин и женщин. И в женщине, и в мужчине есть и то, и другое. Точно так же и в поэзии, и в живописи. Нет такого понятия – женское и мужское искусство. Есть хорошая или плохая работа, настоящее или ненастоящее искусство.

- А есть ли такая вещь, как вдохновение?

- Да, конечно. Но на творчество меня вдохновляет сама жизнь. Сама жизнь настолько богата и разнообразна! А жизнь в искусстве тем более, в ней всегда происходит что-то новое. Вот эта новизна придает остроту. Сложно, да, бывает сложно, трудно бывает. Но зато нет места ни скуке, ни одиночеству. Такая интенсивная жизнь! Твои мысли, чувства постоянно бурлят. И чем бы ты ни был  занят, даже если ты просто сидишь, параллельно идет мощная внутренняя работа. И бывает, что какое-то случайно услышанное слово, какой-то по видимости случайный импульс становится ключевым. А может быть и так: без всякого повода, вдруг возникает перед тобой образ целиком. Даже не во сне приходит, а наяву просто встает перед глазами, в цвете, в росписи – уже совершенно готовый…

- Это внутренний образ, и остается его только воплотить?

- Да, остается только воплотить. «Только»! Я выполняю маленькую зарисовочку, для памяти. А потом эта работа делается в течение нескольких лет. Это самое трудное для меня испытание – выдержать весь этот процесс. Я человек импульсивный, открытый. Были такие случаи в моей жизни, когда меня буквально переполняло, и мне надо было обязательно поделиться, но я знала, что могу своим рассказом расстроить близкого мне человека. И я молчала и страдала от того, что не могу выплеснуть свои эмоции. И в творчестве я, в каком-то смысле, тоже из-за этого страдаю, потому что не всякую вещь могу сразу сделать. Ведь невозможно фарфор сделать сразу! Для этого требуется много времени, определенные технологии.  Поэтому, чтобы сбросить эмоции, я работаю на плоскости: в акварели, в пастели. Для меня очень важна и та, и другая работа. Когда я собираюсь и делаю выставки, то стены зала (графика, акварели) создают настроение, состояние, а фарфор, как  более материальное что-то, занимает всё остальное пространство.

- Для работы вам нужен какой-то эмоциональный толчок?

- Да, если я читаю, например, какой-то текст, то по волнению: «задребезжало» что-то внутри, - я понимаю: вот оно, то самое. Я не проверяю логикой ничего. Я просто чувствую. Чувствую, что это вот забрало, и всё – и я берусь. И всё, что у меня есть, профессиональные  возможности, личные качества, я вкладываю в этот процесс, чтобы максимально точно передать то, что меня взволновало. Вот это самая важная для меня задача. Если мне это удается сделать, полностью, на всю катушку, тогда работа задевает, и зритель это чувствует. А если не удается... Есть такой барометр внутри, который точно знает, какая твоя работа и насколько удалась. И это всегда абсолютно точно! Никакая критика здесь не нужна. Внутренний голос определит, сделал ли ты работу насколько мог. Я не говорю: хорошо или плохо. Оценку работе не даёшь, изнутри это очень сложно. Оценку дают другие.  А вот точно или нет, это ты можешь для себя определить.

- Можно ли это так интерпретировать, что вы как художник и женщина идете больше от чувств в своём творчестве и полагаетесь на интуицию?

- Пожалуй, я  так воспитана, что мне надо обязательно почувствовать, прежде чем сделать. Вот, например, «философия творчества» Бердяева. Я откликнулась на эту тему, потому что она меня зацепила, задела как человека, который знает творчество изнутри. Иначе я бы ни за что не стала делать графику к чуть ли не философскому трактату.

 - Для вас важно состояние, в котором вы подходите к работе?

- Да, именно, вот это волнение.  А иначе  ничего и не получится.

Говорят, у женщины своя логика – её полное отсутствие, но может быть это и помогает в творческом процессе. Не всё умом и умом, а больше чувствами. Я «цепляюсь» только тогда, когда это заденет мои чувства. В этом, пожалуй, проявляется моё инь.  А в напоре, в достижении, в целеустремлённости, пожалуй, - ян.  Сочетание этого и даёт результат.

Но есть ещё один момент: насколько проявлено одно и другое? Это может отразиться даже на одежде: что на тебе сегодня, нарядное платье или курточка и брюки? Хотя одежда – это не так важно, главное – состояние. Состояние инь и ян в каждом, оно колеблется. И в человеке бывает больше или меньше того или другого в зависимости от обстоятельств. Если только ян – это очень грубая сила, воинственная, но и толкающая на деяния, провоцирующая деяния. Или инь – мягкая, уступающая сила, но она и чувственная. В их неразрывности, перетекании и проявляется сама жизнь.

Один мой друг как-то признался мне, что не понимает, как мне удаётся сочетать в моих скульптурах философию и чувственность, эти два элемента. Это взгляд мужчины! И он довольно точно определил, потому что в философии присутствуют абстрактные категории, очень условные какие-то вещи, и их трудно бывает пропустить через чувства. Я делаю так, как чувствую.

- И в  этом, наверное, кроется ваш секрет поиска своего пути?

- Безусловно, я что-то прочитала, что-то задело меня, - и я двигаюсь, и чувствую, что туда. Но этот путь  каждый ощущает по-своему. Никто не может уверенно сказать, правильно ли ты идёшь. Задача состоит в том, если говорить с точки зрения даосизма, чтобы встать на свой путь! А это очень сложно. Всегда есть соблазн свернуть с него. И нет проторённого пути. Нельзя ни за кем идти следом! Начинаешь подражать, значит, идёшь уже по чужому пути. Много, много нюансов… И когда ты двигаешься, ты ориентируешься не на моду, не на какие-то увлечения в обществе (это я перевожу уже на наш язык), а только на внутренний свой голос. Это самое трудное, но и самое интересное. Твой голос тебе всегда подсказывает: «Иди, именно так!» Но когда ты отступаешь, или жизнь заставляет идти тебя на какой-то компромисс, - тут следует очень крепко подумать! Один раз сойдешь, потом уже не встанешь. Бывает, казалось бы, даже невинно так. Допустим, ты терпишь нужду, и вдруг тебе предлагают очень соблазнительный вариант. Здесь надо быть очень внимательным. Когда мне предлагают заказ какой-то, на котором я могла бы сразу заработать достаточно денег, но это не очень интересная для меня работа, я такую работу не принимаю. Для меня это очень серьёзный компромисс. Если я беру заказ, в керамике, например, то тогда я ищу что-то, что в нем мне было бы самой интересно, чтобы для меня эта работа тоже была как открытие.

Здесь такая шаткая грань. Нельзя идти на сделку, уступать пошлости – даже из-за трудного материального положения. Кстати, у художников не самая лёгкая жизнь! Искусство у нас не очень-то в почёте. Всё время говорят: «Надо накормить народ, а потом уже всё остальное». Нет! Накормите народ – и он станет совершенно бездуховным, абсолютно невосприимчивым, если вы накормите его за счет культуры! Вот в чём дело. Нельзя одно от другого отрывать! И поэтому очень и очень непросто двигаться, а уж по своему пути – тем более.

Соблазнов свернуть много. Можно соблазниться творчеством какого-то именитого художника, подсмотрев его картины. Имея профессиональную подготовку, такую как у меня, например, ничего не стоит сделать вещь в любом стиле, в любой манере, но в своей – значительно труднее! Не повторяться, находиться в постоянном поиске своего, ставить перед собой задачи, иногда даже чисто технические, и достигать их! Самая радостная победа бывает тогда, когда ты чувствуешь, что надо делать, вот, пожалуйста – инь, и делаешь мощный рывок, который только в состоянии ян можно сделать, т.е. мужское начало проявляешь, и в то же время чувствуешь, переживаешь всё это остро, что опять же свойственно инь. Ещё бы суметь в гармонии это осуществлять в себе и держать в равновесии, в какой-то момент усилить ян, в какой-то усилить инь. Тогда это будет работать, тогда оживает вся эта философия, ведь она не мертвая, она не какая-то абстрактная, она живая абсолютно! И только на пределе всех своих сил возможно творение.

- А  муж помогает вам в творчестве, может быть поддержкой, советом?

- Достаточно того, что он помогает физически. Это уже большая помощь. А что касается всего остального, мой муж составляет мне хороший противовес, иногда подтрунивает, какие-то мои проявления считает чудачеством. И это его право. То есть налицо тот же принцип противоположностей (может быть и такой вариант сотрудничества). Хотя я и ощущаю себя сильной, его физическое участие особенно необходимо на заводах. Я и одна, было время, ездила, но очень сложно одной. Иногда думала: «Выдержу или не выдержу?» Даже чисто физически... И здесь опять противоречие. Здесь я вроде бы инь, но я могу быть и ян. Важно взаимодействие. Я очень благодарна мужу. Он во многих работах принимал участие, практически во всех. И есть некоторые вещи, для которых наброски сделаны с него. Здесь я его эгоистично использую как художник.

- Ощущаете ли вы в себе как в женщине какую-то тайну, загадку?

- Творчество – это и есть тайна, самая большая. Пытаться продемонстрировать творчество прилюдно, показать сам творческий процесс – неблагодарная задача.  Мне предлагали такие вещи, очень многие хотят поразить зрителя, удивить, как это художник прямо на глазах что-то создает. Не надо! Потому что это тайна даже для самого человека, что и как у него выйдет. Нельзя профанировать творческий процесс. Ведь порой трудно даже предположить, что родится. Зрителю следует показывать уже готовые работы. И не важно, что  кого-то они вообще могут не задеть, у кого-то вызовут волнение, а кто-то отнесётся  к ним отрицательно. Для автора это уже не играет роли, он высказался, он создал вещь на едином дыхании, в едином потоке.

Бог предоставил человеку свободу двигаться самому, свободу делать выбор. И что человек предпочтёт, не знает даже он сам. Бердяев хорошо об этом пишет, хотя он рассуждает с точки зрения христианской религии. Свобода поступка! А это и есть творческий момент. И результат неизвестен. Это очень сокровенная вещь!

Вокруг

Фрагменты книги

"В целом мире нет ничего больше кончика осенней паутинки, а великая гора Тайшань мала. Никто не прожил больше умершего младенца, а Пэнцзу умер в юном возрасте. Небо и Земля живут вместе со мной, вся тьма вещей составляет со мной одно".

Первоначально занятия Елены были предназначены для детей, но уже в ходе первого семинара ее ожидал сюрприз. Мамы из средства донесения до детей «послания свободы» превратились в цель! Дети, конечно, загораются от мам — в большей или меньшей степени, — но зато сами мамы горят на всю катушку.

В круге

Владимир Помыкалов - о своей жизни, о становлении человека, о философии, коммунизме и многом другом

"На сегодняшний момент человек ещё недочеловек, и он сам для себя  выступает только средством, а не самоцелью, он плод собственного произвола. Но в то же время есть некие просветы в человеческом обществе, есть люди, в которых сущность почти сливается с существованием. Это счастливые люди".  

«Внутренняя энергия не может бесконечно поддерживать процесс. На энтузиастах можно сделать прорыв, но работать всегда – нельзя! И плоха та страна, которая нуждается в героях. Мы должны учиться существовать без них».

Поэт, как следопыт, как охотник, необъяснимо для себя, интуитивно находит единственно возможную для данного случая мелодию, единственно возможную поэтическую интонацию — и опирается при этом на всю мировую поэзию, как будто включает вилку в розетку, подключается к электрической цепи, по который идет ток высокого напряжения.

Беседа с директором челябинской гимназии №1 Дамиром Тимерхановым

"Мне кажется, хороший директор не может быть без харизмы. Это, как говорят, редкий, «штучный товар». К сожалению, далеко не всегда этот «товар» – интересные люди и профессионалы – в нашей стране востребован. Гораздо более востребованы люди, которые четко выполняют задачу и не задают лишних вопросов".

Обращение Елены Макаровой к участникам семинара "Искусство и саморазвитие" - это глубокие и искренние размышления о самом насущном для любого родителя - о том, как правильно ввести своего ребенка во взрослую жизнь, что для этого сделать. И оказывается, что ответ будет столь же простым, сколь и мучительным: начать с себя, изменить себя.

— Основной вопрос родителей – что сделать, чтобы дети хотели и любили рисовать? И как давать технические советы, чтобы при этом не «забить» творчество ребенка?
— Нужно самим начать заниматься. Привести себя в творческое состояние. Это подымает дух. В нетворческом состоянии учить невозможно. Да и жить намного сложней.

Галереи

В этом разделе вы можете познакомиться с нашими новыми книгами и заказать их доставку в любую точку России. Добро пожаловать!

Шесть книг Издательского дома "Мой Город" стали победителями VIII областного конкурса «Южноуральская книга-2015». Всего на конкурс было представлено более 650 изданий, выпущенных в 2013-2015 годах.

Теперь каждый желающий может познакомиться с книгами ИД "Мой Город" (Издательство Игоря Розина) и купить их в электронном виде. Для этого достаточно пройти по ссылке.

Издательский дом «Мой Город» выполнит заказы на изготовление книг, иллюстрированных альбомов, презентационных буклетов, разработает узнаваемый фирменный стиль и т.д.

Украшения ручной работы

Эта детская книжечка - вполне "семейная". Автор посвятил ее своим маленьким брату и сестричке. И в каком-то смысле она может служить эталоном "фамильной книги", предназначенной для внутреннего, семейного круга, но - в силу своей оригинальности - интересной и сторонним людям.

История, рассказанная в этой очень необычно оформленной книге, действительно может быть названа «ботанической», поскольку немало страниц в ней посвящено описанию редких для нас южных растений. Впрочем, есть достаточно резонов назвать ее также «детективной», или «мистической», или «невыдуманной».

Сборник рассказов московского писателя Сергея Триумфова включает страстные лирические миниатюры, пронзительные и яркие психологические истории и своеобразные фантазии-размышления на извечные темы человеческого бытия.

Книга прозы Александра Попова (директора челябинского физико-математического лицея №31) «Судный день» – это своего рода хроника борьбы и отчаяния, составленная человеком, прижатым к стенке бездушной системой. Это «хождения по мукам» души измученной, но не сломленной и не потерявшей главных своих достоинств: умения смеяться и радоваться, тонуть в тишине и касаться мира – глазами ребенка.

Со страниц этого сборника звучит голос одного сада. Одного из многих. Потому что он жив и существует – благодаря одному человеку, автору этой книжки. И в то же время через эти стихи словно бы говорят все сады, все цветы, все деревья и травы мира. Может быть потому, что подлинная поэзия – универсальна и не имеет границ.

Роберто Бартини - человек-загадка. Кем он был - гениальным ученым, на века опередившим свое время, мыслителем от науки, оккультным учителем? Этот материал - только краткое введение в судьбу "красного барона".

"Люди спрашивают меня, как оставаться активным. Это очень просто. Считайте в уме ваши достижения и мечты. Если ваших мечтаний больше, чем достижений – значит, вы все еще молоды. Если наоборот – вы стары..."

"Отец Александр [Мень] видел, что каждый миг жизни есть чудо, каждое несчастье – священно, каждая боль – путь в бессмертие. А тем более цветок или дерево – разве не чудо Божье? Он говорил: если вам плохо, пойдите к лесу или роще, возьмите в руку ветку и так постойте. Только не забывайте, что это не просто ветка, а рука помощи, вам протянутая, живая и надежная..."

"Всего Капица написал Сталину 49 писем! Сталин не отвечал, но когда Капица, не понимая такой невоспитанности, перестал ему писать, Маленков позвонил Капице и сказал: «Почему вы не пишете Сталину, он ждет новых писем». И переписка (односторонняя) возобновилась".

"Через цвет происходит таинственное воздействие на душу человека. Есть святые тайны - тайны прекрасного. Понять, что такое цвет картины, почувствовать цвет – все равно, что постигнуть тайну красоты".

"...Ненависть, если и объединяет народ, то на очень короткое время, но потом она народ разобщает еще больше. Неужели мы будем патриотами только из-за того, что мы кого-то ненавидим?"

"Внутреннее горение. Отказ от комфорта материального и духовного, мучительный поиск ответов на неразрешимые вопросы… Где все это в современном мире? Наше собственное «я» закрывает от нас высшее начало. Ведь мы должны быть свободными во всех своих проявлениях. Долой стеснительность!.."

"В 1944 году по Алма-Ате стали ходить слухи о каком-то полудиком старике — не то гноме, не то колдуне, — который живет на окраине города, в земле, питается корнями, собирает лесные пни и из этих пней делает удивительные фигуры. Дети, которые в это военное время безнадзорно шныряли по пустырям и городским пригородам, рассказывали, что эти деревянные фигуры по-настоящему плачут и по-настоящему смеются…"

"Для Beatles, как и для всех остальных в то время, жизнь была в основном черно-белой. Я могу сказать, что ходил в школу, напоминавшую Диккенса. Когда я вспоминаю то время, я вижу всё черно-белым. Помню, как зимой ходил в коротких штанах, а колючий ветер терзал мои замерзшие коленки. Сейчас я сижу в жарком Лос-Анджелесе, и кажется, что это было 6000 лет назад".

"В мире всегда были и есть, я бы сказал так, люди этического действия – и люди корыстного действия. Однажды, изучая материалы по истории Челябы, я задумался и провел это разделение. Любопытно, что в памяти потомков, сквозь время остаются первые. Просто потому, что их действия – не от них только, они в унисон с этикой как порядком. А этический порядок – он и социум хранит, соответственно, социумом помнится".

"Я не турист. Турист верит гидам и путеводителям… А путешественник - это другая категория. Во-первых, ты никуда не спешишь. Приходишь на новое место, можешь осмотреться, пожить какое-то время, поговорить с людьми. Для меня общение по душам – это самое ценное в путешествии".

"В целом мире нет ничего больше кончика осенней паутинки, а великая гора Тайшань мала. Никто не прожил больше умершего младенца, а Пэнцзу умер в юном возрасте. Небо и Земля живут вместе со мной, вся тьма вещей составляет со мной одно".

"Я про Маленького принца всю жизнь думал. Ну не мог я его не снять! Были моменты, когда мальчики уставали, я злился, убеждал, уговаривал, потом ехал один на площадку и снимал пейзажи. Возможно, это одержимость..."

"Невероятная активность Запада во всем происходящем не имеет ничего общего ни со стремлением защищать права человека на Украине, ни с благородным желанием помочь «бедным украинцам», ни с заботой о сохранении целостности Украины. Она имеет отношение к геополитическим стратегическим интересам. И действия России – на мой взгляд – вовсе не продиктованы стремлением «защитить русских, украинцев и крымских татар», а продиктованы все тем же самым: геополитическими и национальными интересами".